«Это несправедливо!!»
«Му-му!»
Чен Сюня и Черныша вновь арестовали…
...
Причина была достаточно простой, всему виной его передвижной дом, который был слишком большим и занимал торговые места других людей, не давая им нормально вести дела, ну и он не платил за землю, на которой торговал, а она была дорогой.
Бесчисленное уличные торговцы пошли жаловаться властям, говоря, что Чен Сюнь своим передвижным домом нарушает всевозможные законы, и так дальше жить нельзя.
Десять дней спустя Чен Сюнь и Черныш подавленные вышли из тюрьмы. Было просто невозможно находиться в этой тюрьме, она ужасна. Подняв голову, они посмотрели на небо и улыбнулись. Как же хорошо быть свободным.
Но местные власти были всё-таки благоразумны, и их посуду им вернули, но этот маленький дом решили снести, и их предупредили, чтобы больше подобного не повторялось.
Чен Сюнь был благодарен, он горько плакал, и слёзно уверял местного начальника стражи, что он больше никогда не повлияет на покой других людей, что он не прав, и такого больше никогда не повторится.
师兄 – брат-наставник, старший соученик; не хотел заострять на этом внимание, но раз уж так получилось, у китайцев очень много разных ситуационных обращений, и вот по этому Чен Сюнь понял, что они скорее всего культиваторы и состоят в одной секте.
Глава 20
Глава 20.
Очки бессмертия этого года были всё также добавлены к сущности всего сущего, теперь одна капля изумрудно-зелёной жидкости ускоряла рост растения на восемь месяцев.
Их текущие очки характеристик выглядели так: Сила – 21, Скорость – 21, Сущность всего сущего – 8.
Волосы Чен Сюня были взлохмачены, одежда тоже была грязной и неопрятной. Он с Чернышом вёл бродячую жизнь. Они постоянно веселились, их нынешними друзьями были лишь бездомные собаки.
Два месяца спустя он вместе с Чернышом достиг южного района города, Чен Сюнь услышал новость о том, что доктор Нинг находился при смерти.
Он лично подошел к дверям его дома, вручил столетний женьшень матушке-наставнице, а затем также быстро ушёл.
Наступил январь, душа Нинг Сы покинула землю и отправилась на небеса, бесчисленное количество людей провожало его со слезами на глазах. Медицинская клиника Пинтай помогла огромному количеству людей.
Семья Нинг была большой, все на головах носили белые траурные платки, а Чен Сюнь молча стоял в сторонке, в его личном присутствии, по всей видимости, не было особой нужды.
Завывал морозный зимний ветер, проносясь через воспоминания Чен Сюня, оставляя в воздухе только аромат благовоний, который постепенно рассеивался и больше никогда не возникал.
У Чен Сюня, за всю его жизнь, до сегодняшнего дня, было всего три самых важных человека.
Первый человек – староста горной деревушки, который всегда беспокоился о них, и помог им, дав немного еды, когда они остались безо всего.
Второй человек – Старик Сунь. Когда они впервые прибыли в город Спокойной Скалы, им не на кого было положиться. Он был тем, кто дал им их первый дом.
Третий человек – учитель Нинг. Он научил его многому, как развеять свои сомнения, как нужно сталкиваться с любыми трудностями на своём пути, как нужно ходить по этому миру, и чего ждать от людей. Похоже, что даже медицинские навыки отошли на второй план.
«Они... похоже, все ушли» – На этот раз Чен Сюнь, казалось, больше не мог сдерживаться, уголки его рта продолжали дрожать, вплоть до того, что он даже не решался последний раз взглянуть на своего учителя.
Черныш лишь тихонько скулил рядом с Чен Сюнем, который крепко обнимал его голову.
Они продолжали следовать за толпой, слегка замедляя шаг, словно бы от этого и учитель Нинг уходил немного медленнее...
Закат пламенел, заливая своим светом город. Со стороны гор лишь доносились крики диких гусей возвращающихся в родные края. Кажется, что в бескрайнем небе остались только их проплывающие фигуры.
Семья Нинг уносила гроб все дальше и дальше и постепенно исчезла у городских ворот. Чен Сюнь ещё долго стоял там, и две дорожки слез медленно стекали вниз.
Бесчисленное количество людей прошло мимо них, и в их глазах были лишь горе и скорбь.
Чен Сюнь тянул за собой Черныша и шёл в противоположном направлении, его шаги были тяжелыми и медленными, а в его глазах не было ни печали, ни радости.
Они ушли, окончательно покинув город Спокойной Скалы...
...
Пролетел еще один год, в небо над рекой вновь взлетели бесчисленные фонари исполнения желаний, уносимые горным ветром куда-то вдаль. Чен Сюнь и Черныш сидели на вершине горы и смотрели издалека, молча загадывая желание.
Очки бессмертия этого года были вновь добавлены к сущности всего сущего, для них это было крайне важно.