Однако спустя одну палочку благовоний, Чен Сюнь громко крича и размахивая кулаками, бросился вперед с ранами по всему телу, его противник лишь вздыхал от переживаний.
(Про время, это некий древний метод исчисления: палочка благовоний – 30 минут, чашка чая – 15 минут летом, 10 минут зимой)
Подул порыв холодного ветра, Чен Сюнь не выдержал и упал прямо на арену, как железный столб.
«Брат!».
«Му!!»
Они поспешно вышли вперед, чтобы проверить, но, к счастью, не было никаких проблем, и даже старейшина на стадии заложения основ, также вышел вперед, чтобы проверить: «С ним все в порядке, просто он был физически и психически истощён после неоднократных сражений, он может просто вернуться и восстановиться за несколько дней».
«Спасибо, старейшина» — ученик сложил руки перед грудью в знак благодарности.
Старейшина кивнул, и в его глазах было какое-то волнение. Этот человек, вероятно, был свободным культиватором, а люди, подобные им, порой обладают такими характеристиками.
Это беспомощность перед собственным талантом, но и непреклонность перед судьбой, они будут бороться до последней капли крови, но никогда не признают поражение.
Но реальность такова, на него не бросают свой взор большие фигуры, такой человек слишком зауряден, и его непреклонная воля есть не что иное, как бездарная ярость, которая не в силах изменить его способности к культивации.
Чен Сюня утащил с горы большой черный бык.
Глава 45
Глава 45.
«Черныш, я занял 478-е место, и стабильно получу 500 очков вклада, за два дня мы получили больше, чем за два года нашей работы!» – Чен Сюнь лежал на спине Черныша и проверял талисман в руке. Как только соревнование закончится, мы можем отправиться в Зал Вкладов Секты для обмена.
«Му~» – Черныш повернул голову и с тревогой посмотрел на Чен Сюня.
«Черныш, что такое? Когда мы были в Городе Спокойной Скалы, разве у нас была лёгкая жизнь? Мы тоже постоянно продирались сквозь различные трудности» – Чен Сюнь спокойно сказал с улыбкой: «Мы можем получить так много очков вклада в обмен на мелкие царапины. Мы получили немалую прибыль, мы должны поблагодарить секту за предоставленную нам возможность».
«Му~» – Черныш кивнул, в глубине души думая, что было бы здорово, если бы он мог пострадать вместо Чен Сюня, ведь его шкура и плоть были куда прочнее.
Вернувшись в лекарственный сад, Чен Сюнь приободрился и намазал все свое тело мазью. Черныш стоял рядом с ним и просто смотрел.
«Эту пилюлю голодания можно использовать только в экстренных случаях, мы тратим не так уж много времени на еду» – Чен Сюнь достал пилюлю тёмно-желтого цвета. Он изготавливал их разок в прошлом году. Съев её, действительно не чувствуешь голода, но и не было чувства насыщения, что было слишком скучно.
«Му-Му!» – Черныш тоже был весь на эмоциях, эта пилюля не такая вкусная, как дичь в горах, ощущение такое, словно набил брюхо сеном.
«Черныш, иди и позаботься о лекарственном саде» – Чен Сюнь уже наложил на тело мазь и с улыбкой сказал: «Если бы я им не позволил, как они могли на самом деле причинить мне боль».
«Му-му~» – Черныш вертел головой на каждом шагу, за лекарственным садом не ухаживали уже два дня, так что нужно было поработать.
После того, как Черныш исчез из поля зрения, Чен Сюнь зашипел от боли, хотя у него не было внутренних повреждений, внешние повреждения были очень болезненными.
Через несколько дней соревнование закончилось, Чен Сюнь и Черныш поспешили в главный зал секты, но его талисман с соревнования не забрали, сказав, что его можно оставить в качестве сувенира.
«Младший брат Чен!» – позади Чен Сюня раздался знакомый голос, и его лицо просветлело: «Я не ожидал тебя здесь встретить».
«Старший брат Цзи!» – Чен Сюнь обрадовался, глядя на Цзи Куня, его выражение лица стало решительнее, но он все еще был похож на худую обезьяну.
Чен Сюнь не мог не чувствовать небольшого волнения, даже будучи в одной и той же секте, потребовалось целых два года, чтобы случайно встретиться.
«Младший брат, ты не присоединился к Залу управления делами внешней секты?».
«Я управляю лекарственным садом. Моя семья делала это раньше».
Они отошли в укромный уголок и сели под деревом, начав болтать о былых деньках. Черныш последовал за ними. Увидев, что они сели, он тоже лёг на землю.
«Младший брат Чен, этот лекарственный сад не лучшее место. Все называют его садом потерянной мечты» – Цзи Кун был слегка раздосадован, и продолжил вновь убеждать: «Туда идут только старики, потому что чувствуют, что в этой жизни уже не смогут прорваться на стадию заложения основ. Младший брат Чен, мы всё ещё в нашей золотой поре, не стоит лениться!».