– Что вам нужно? – рискнула подать голос, когда согрелась. – Зачем вы приходили к Улу?
К моему облегчению, против диалога никто не возражал. Эллен крутанула сиденье, поворачиваясь ко мне.
– Я искала девушку твоего возраста, которая очень хотела бы покинуть мусорку, где родилась, и ради этого готова была преступить закон. Я не прогадала?
– Я хочу уехать отсюда, – ответила осторожно. – Но не понимаю, причем здесь вы и услуги программиста.
– Всё просто. – Она закинула ногу на ногу, руки сложила поверх. – Мне нужен тот, кто займет мое место.
Тишина оглушила. Амфибия ехала мягко, бесшумно. На секунду я пожалела об этом.
– Хотите сказать, этот кто-то я?
– Именно. Услуги хакера нужны были для корректировки информации в личных файлах. Но раз мы так удачно встретили тебя, появилась возможность сэкономить.
Жестоким юмором я не прониклась, вместо этого спросив:
– Как вы себе это представляете? Ваши данные в Системе есть, исправлять это теперь некому. И зачем вам подставное лицо?
– Никто не говорит о подставе. Всё кристально ясно. Ты забираешь мою личность, я – твою. Меняемся. Тебя не должно волновать, как мы это осуществим. Лучше спроси себя, как далеко можно зайти, чтобы всё это, – широким жестом обвела вокруг, – и многое другое принадлежало тебе.
– Достаточно далеко, – согласилась я. – Вам какой резон?
– Мои мотивы не должны тебя волновать. Так скажу: всё, что эта страна могла дать, я взяла. Мне стало тесно. Но Система не отпускает своих граждан.
Она сказала это с искренней злостью. Непонятно чем вызванной – на что обижаться человеку ее статуса и дохода? С жиру бесится, оттого и слинять хочет. Готова держать ставку, за рубеж. Не то чтобы у нас закрытая страна – нет, мы регулярно принимали зарубежные делегации, обменивались учеными и специалистами узкой квалификации, участвовали в международных программах. Пусть туризм не получил широкого распространения, мало кого это заботило. Наши ресурсы, технологии, экономика и наука сделали страну одной из самых богатых и процветающих, во многом благодаря независимому и бесстрастному искусственному интеллекту во главе. Очередь на получение гражданства расписана на десятки лет вперед. Слухи и домыслы о тоталитарном строе – досужие сплетни, подкрепленные для антуража долей правды.
Посчитала за лучшее не комментировать.
– Соглашаясь примерить вашу личность, я рискую. Если меня вычислят, приговорят за диверсию.
– А ты не высовывайся, – посоветовала Эллен ехидно. – Наслаждайся преимуществами моей жизни и не лезь, куда не просят.
Что ж… справедливо.
Город остался позади. На смену знакомым пейзажам пришли контрольно-пропускные пункты, ровные ряды ботов и патрулирующие с воздуха дроны. «Этос» затемнил экраны, спасая пассажиров от вредного воздействия прямых солнечных лучей, но Эллен переключила изображение на внешние камеры, и картинка восстановилась. Я с жадным любопытством смотрела вперед, на приближающееся чудо инженерной мысли – Восточный мост. Воздушная конструкция, протянувшаяся на десятки километров над водной гладью.
Середина второго тысячелетия выдалась нелегкой для матушки-Земли. Аномально быстрое таяние льдов, господство мирового океана над сушей, сдвиг литосферных плит вследствие агрессивного вмешательства в естественный ход вещей, вспыхнувшие по цепочке вулканы… Цунами, землетрясения, торнадо – мир кошмарило. Возросшая солнечная активность с закономерным усилием УФ-излучения украсила подобно вишенке торт апокалипсиса. Но люди справились. Численность живого на Земле сократилась в разы, зато проблема перенаселения решилась кардинально. Наука вынужденно замедлила темпы производства, сделав упор на строительство новых городов, одновременно экологичных и автономных, сосредоточилась на сохранении животных и растительных популяций, и к тридцатому веку последствия мировой катастрофы удалось нивелировать. Человечество приспособилось к новым условиям и занялось обычным для себя делом: междоусобицами. Борьба за территорию – бич нашего времени.
Разнежившись в тепле, я задремала, а проснулась в другом мире. Голубое небо, высокое и бескрайнее, блеск солнца на водной глади, сотни судов и машин, многоуровневые ленты дорог. Город, пиками вздымающийся к облакам. Я подалась вперед, к лобовому экрану, позабыв обо всех перипетиях дня.