— Он… жив? — голос его дрожал.
Я кивнул, но он не поверил, отступив назад, будто увидел призрака.
— Духи забрали его! — выкрикнул он, сжимая кулаки. — Мой брат… Почему он не выжил⁈
— Жив, — сказал я, отступая. — Идём, сам увидишь.
Он замер, лицо вспыхнуло стыдом. Я отвернулся, скрывая усмешку. Деревня — сплошные суеверия…
— Забирай его, только давай без лишних вопросов, — он махнул рукой и притворился уставшим, хотя я чувствовал, что это не так!
Мужчина растолкал своего брата и тот едва очухавшись, сразу перевёл взгляд на Баруса. Он двигал пересохшими губами, в попытках поблагодарить старика, но тот лишь покачал головой и сказал, что слишком устал и хочет отдохнуть. Всё-таки на дворе уже поздняя ночь, люди спят…
Охотники ушли и наконец-то наступила тишина. Старик присел на край кровати и попросил меня согреть ему воды. Я кивнул и сделал все быстро. Пока он отмачивал больные ноги в тазу, я убирал всю кровь. Он не просил меня это сделать, сам проявил инициативу. Старик и так едва ползает со своей клюшкой, не хотелось бы, чтобы он горбатился вытирая тряпкой всю кровь.
Закончил с уборкой, даже захватил крыльцо и вернувшись в дом, решил расспросить его об алхимии и почему он не хочет учить меня этому ремеслу. Не думаю, что всё упирается в так называемый талант.
Поймал себя на мысли, что не знаю, как к нему обратиться. Дедушка или по имени? Не выбрал ничего стоящего и просто начал говорить:
— Научи меня алхимии, — сказал я, голос дрогнул, выдавая нетерпение.
Барус не шелохнулся, уставившись в воду. Его молчание тянулось, но я ждал, стиснув зубы. Наконец он поднял взгляд. Его глаза холодны, как никогда.
— Нет в тебе искры, Алекс, — его голос резал, как нож. — Ты суетишься, глаза бегают. Алхимия требует стального сердца, которого у тебя нет.
— Искры? — я наклонился ближе, сжав кулаки. — Травы, мази — это же просто ремесло!
Барус усмехнулся, постукивая пальцами по кровати. В его глазах мелькнула тень, будто бы он погрузился в воспоминания. Дом сковала гробовая тишина, только мелодичное постукивание пальцами слегка щекотало мои и без того расшатанные нервы.
— Смешать пару трав много ума не нужно, смолотить их в мазь тоже — сказал он. — Ты сможешь это, я знаю, но поверь мне, алхимия — это не стряпанье второсортного дерьма, которым будут восхищаться незнающие. Алхимия — это лестница, где каждый упирается в свой передел. Твой будет очень близко к началу…
Я стиснул зубы. Этот мальчишка, чьё тело я занял, мечтал о том, чтобы учиться у старика. И умер, не дотянувшись. Но я не он. Система даст мне шанс.
— Я всё равно хочу учиться, — я настоял на своём. Сейчас даже банальное знание, как изготавливать мази, сыграет мне на руку. Не верю, что с помощью системы я не достигну того, чего пожелаю.
— Ты не слышал то, что я тебе только то сказал? — в глазах Баруса прослеживается нотка гнева, но голос беспристрастен, холоден. — Повторить?
— Я все равно хочу учиться, — в этот раз опустил голову вниз, будто бы умоляя его научить меня.
— Эх… Алекс, Алекс, твоя настойчивость сыграет с тобой злую шутку, — в следующее мгновение под ноги упало что-то тяжелое, поднял взгляд чуть выше и увидел толстую книгу. Переплёт уже давно прохудился местами, да и сама книга выглядит мягко говоря не очень. По ощущениям ей лет так сто, если не двести. Мне показалось, что возьми я её в руки, она тут же обратится в песок.
Ночь пролетела незаметно. Проснулся утром и после того, как согрел воду для старика, я принялся за уборку сада. Работы предстоит ещё очень много и вчера мне удалось убрать только самую малость. Ничего, скоро привыкну к новому миру и условиям, а там дело пойдёт. В перерывах от работы занимался изучением книги, которую старик мне любезно предоставил.
Я сидел на крыльце дома и греясь на солнце, перелистывал страницу за страницей. Изначально думал, что не смогу понять и слова, ведь я не знаком с языком этого мира, но все оказалось куда прозаичней. Не знаю, как это работает, ведь для меня подобное перерождение в новинку, но кода столкнулся с текстом, то к своему удивлению обнаружил, что могу прочитать всё. Будь то слова или сленговые выражения, которыми пользовался старик, я мог прочитать всё.
Много смысла в его писанине не было, только случайные заметки и эскизы растений. Ни единого слова о алхимии. Скорее всего он предоставил мне эти записи, для того, чтобы я выработал в себе базу знаний лекарственных трав. Всё-таки они откуда-то появляются на его дубовом столе, а значит он выходит за пределы деревни, чтобы искать нужное. В составе группы охотник или в одиночку — неважно, факт есть факт — без этих записей я не смогу даже приблизиться к изучению алхимии.