— Чего? — переспросил он.
Я махнул рукой на проплывающий мимо остров, и мой собеседник искренне удивился:
— Да нет. Это я у тебя в прошлый раз подсмотрел. Красиво.
Он остановился у массивного камина, в котором всё ещё тлели угли.
— Меня зовут Александр Аверин, — произнёс молодой человек, и в его голосе впервые прозвучали отголоски прежнего величия. — Последний наследник рода Авериных. Тот, кого предали свои же.
Он указал рукой чуть ваше камина, где красовался витиеватый герб с изображением вздыбленного грифона с разбитыми цепями на лапах.
— Дмитрий, — протянув руку, представился я.
— А не Том Груз? — пожав её в ответ, уточнил Александр.
— Почему Том Груз?
— Ну… Ты, когда на меня бросился, всё твердил про себя: «Я Том Груз! Я Том Груз!».
Я рассмеялся, начиная понимать, насколько разные наши миры. Александр Аверин замер, изучая меня с новым любопытством. Внезапно уголки губ молодого человека дрогнули в едва заметной улыбке. Он сделал жест рукой, и между нами возник стол с двумя кубками из тёмного дерева.
— А теперь скажи мне, — глаза Александра сузились, — кто ты, раз способен ворваться в сон мага и разорвать руны «Забвения» голыми руками? Или ты простое орудие, которое враги подбросили в мою клетку?
Воздух сгустился, наполняясь незримым напряжением. Я почувствовал, как реальность вокруг нас снова заколебалась.
— Это не я первым пришёл сюда, — холодно парировал я. — Это ты пытался подчинить мою волю при первой встрече.
Александр протянул мне кубок, приглашая отпить ярко-красной жидкости, и это точно был не чай. Я не торопился делать глоток, лишь слегка вдохнул приятный аромат корицы и цитрусов.
— У тебя нет татуировок, но ты умудряешься использовать руну первого порядка. Ты без конца черпаешь магию, но понятия не имеешь, как её концентрировать. Ты заявляешься в мою ментальную тюрьму и ведёшь себя так, будто ты тут хозяин. Я больше не стану спрашивать, кто ты такой. Вижу, что ты не станешь отвечать по собственной воле, но у меня есть предложение…
Ночной гость замолчал, внимательно изучая мою реакцию. Я же поставил кубок на место и не торопился отвечать на невысказанный вопрос. Пламя в камине тихо трещало, создавая атмосферу уюта и тепла. Знакомая тактика: усыпить бдительность, создав иллюзию доверия.
Видимо, Александр прочитал мои мысли, так как огонь тут же погас, погружая пространство в лёгкий полумрак. Где-то на горизонте багровое солнце уходило в закат.
— Я предлагаю тебе сделку, — он провёл рукой над столом, и между нами возникло два символа, соединённых переплетающейся нитью. — Договор крови. Не в буквальном смысле, — поспешил добавить молодой человек, заметив моё напряжение. — Символический. Ты получишь доступ к моим знаниям. Я смогу направлять тебя во сне, учить тому, что знаю. А взамен…
Один из символов вспыхнул ярче.
— Ты разрушишь все пять печатей, сдерживающих меня в этом проклятом месте.
Я покачал головой:
— Я в камере. Мои возможности ограничены решёткой.
— Именно поэтому освободить меня сможешь только ты, — голос Аверина зазвучал таинственно. — Ты немаг. Тебя не заподозрят в использовании магии. А я научу тебя видеть истинную природу вещей. Расскажу законы, по которым работает этот мир.
Он убрал руку, и проекция исчезла.
— Выбора у тебя всё равно нет. Рано или поздно магия сожжёт тебя изнутри. Я же научу её обуздывать. Так что скажешь?
Не в моих правилах было соглашаться на первое попавшееся предложение. Да, это был мой шанс выбраться из тюремной клетки. И да, мне не хватало знаний. Сегодняшний инцидент доказывал мою недееспособность как практикующего адепта.
— Мне нужно подумать.
— Разумная осторожность, — произнес он без тени разочарования. — Но учти: тюрьма не лучшее место для размышлений.
Аверин поднял руку, и пространство вокруг начало растворяться.
Я почувствовал спиной жёсткие доски тюремных нар. Последнее, что я увидел перед пробуждением, — взгляд Александра в полумраке.
— Ты знаешь, где меня найти, когда будешь готов, — донесся голос уже из ниоткуда.
Я открыл глаза в полной темноте камеры. Встревоженная охрана носилась взад-вперёд по коридору. Топот тяжёлых сапог, бряцание ключей и приглушённые возгласы время от времени раздавались с разных сторон.
— На нижнем ярусе рухнула балка! — донёсся чей-то испуганный крик. — Говорят, там весь блок под завалом!
— Опять эти скачки. Начальство требует отчёт, а инженеры разводят руками. Говорят, энергопоток стабильный, руны целы. Причины нет.
— Может, и правда самопроизвольный выброс? В старых газетах про такое пишут.