— Оптимист, — усмехнулся Виктор.
— Реалист, — парировал старик, — Если бы все были плохими, мы бы уже давно друг друга перебили. А мир все еще стоит. Значит, есть те, кто его держит.
Мы шли дальше, и с каждым километром город приближался. Еще пара дней пути, максимум три, и мы доберемся до цивилизации. Там можно будет передохнуть, продать часть трофеев, решить, что делать с кристаллом. Правда трофеев у нас не так уж и много. Архип каким-то образом умудрился наковырять кристаллы из древня, нескольких гончих и лис, ну и Паша нарезал мяса впрок.
Путь прошел без особых проблем, и лишь пару раз на нас нападали монстры из прорывов. Они натыкались на сигнальные ловушки вокруг лагеря, после чего быстро получали хороший отпор и наши запасы мяса только пополнялись. Я даже нечал подкармливать своего зверька, очень уж понравилось, как он подшутил над Витей. Правда повторить шутку не удалось, ведь с тех пор наш танк спал в сапогах.
Казалось бы, всё хорошо и мы, наконец, вышли к окраине города. Дальше только цивилизация, хорошие барыши, деньги на новую экипировку и транспорт… Вот только первое, что я увидел, заставило меня замереть.
У въезда стояли люди в форме. Много людей. И на их плащах я разглядел герб рода Зуйкина.
— Вот же… — выдохнул Паша.
Барон выжил. И он нас ждет.
— Дырка в заборе? — кивнул я товарищу.
— Дырка в заборе… — вздохнул он, и мы сразу свернули с дороги.
— Стоять!
Глава 4
Следователь Баранов сидел за своим новым столом и пытался сделать вид, что всё в порядке. Что жизнь налаживается. Что инцидент с той камерой — просто неудачное совпадение, о котором все скоро забудут.
Но коллеги не забывали. Ох, как не забывали.
— Слышь, Баранов, — хихикнул младший лейтенант Петров, проходя мимо, — А ты голышом-то ничего так, формы не потерял!
Баранов стиснул зубы и постарался не реагировать. Фотографии. Проклятые фотографии, на которых он, абсолютно голый, прикован наручниками к двум своим помощникам, тоже голым, и вместе они дружно лежат на полу камеры. Кто-то из дежурных тогда успел заснять это на телефон, и теперь снимки гуляют по всему участку.
Благодаря связям и приличной сумме денег ему удалось перевестись сюда, подальше от того кошмара. В звании понизили, но это ерунда по сравнению с тем, что могло быть. По крайней мере, работу не потерял. По крайней мере, уголовного дела не завели.
Хотя иногда Баранов думал, что увольнение было бы честнее. Потому что каждый день тут — это постоянные подколы, ухмылки за спиной, тихие смешки. Все знают. Все видели те фотографии.
Телефон зазвонил, и Баранов машинально поднял трубку.
— Следователь Баранов слушает.
— Барон Зуйкин, — послышался холодный аристократический голос, — Полагаю, вы меня помните?
Баранов чуть не подпрыгнул на месте. Барон? Зачем барон звонит ему? У них никогда не было дел…
— Ваша светлость, — осторожно ответил он, — Чем могу быть полезен?
— У меня есть для вас предложение. Деньги неплохие, работа простая. Нужно организовать поимку одного человека. Полное ничтожество, никаких связей, никакого влияния. С ним еще несколько его товарищей — с ними тоже проблем не будет.
Баранов уже начал подсчитывать в уме. Барон платит хорошо, это известно. Можно поделиться с начальником, с парой ребят из отдела, и себе останется… тысяч пять рублей? Может, больше?
— Звучит интересно, — осторожно сказал он, — А какие данные по этому человеку?
— Владимир Рубцов, двадцать два года, системщик низкого ранга. Живет на окраине. Последний раз его видели…
Баранов слушал, и с каждым словом барона что-то внутри него холодело. Рубцов. Это имя. Оно было знакомым. Очень знакомым.
Он услышал эту фамилию, а перед глазами начали мелькать яркие картинки воспоминаний. Молот, летящий в лицо, пробуждение голым на холодном полу в не самой красивой позе. Разрушенный алтарь Светлой системы, оправдания перед начальством, перевод, позор…
Всё это было из-за Рубцова. Из-за этого проклятого Рубцова!
— … вы меня слушаете? — голос барона вернул его в реальность.
— Да, ваша светлость, я…
— Отлично. Так вы берётесь? Деньги переведу сразу после задержания.
Перед глазами Баранова снова вспыхнули те воспоминания. Камера. Наручники. Голое тело. Фотографии, которые теперь вся полиция видела. Смех коллег. Унижение.
Всё это — из-за Рубцова.
— Ваша светлость, — медленно произнес Баранов, и в его голосе прозвучала сталь, — А не пойти ли вам с вашими предложениями в…