На столике передо мной целый набор изысканных сыров, названия которых я даже выговорить не могу, но на вкус они просто божественные. Особенно тот, что с плесенью и каким-то ореховым послевкусием.
В общем, если это и есть тот самый допрос, то я готов терпеть его хоть каждый день. Хотя нет, вру, каждый день такое вино пить вредно для печени, а она у меня и так не в лучшем состоянии после тех зелий, что я выпил перед штурмом прорыва. До сих пор иногда побаливает, и это при том, что я себя уже несколько раз лечил.
Так что зря енот решил остаться в машине. Как только вокруг появилась толпа бойцов, он сразу спрятался в тени и недовольно оттуда шуршал, а идти со мной на допрос наотрез отказался. Ну и ладно, мне больше достанется.
Граф Аксаков сидел напротив в точно таком же кресле и смотрел на меня почти в упор, ожидая ответа на свой вопрос. Взгляд у него был серьезный, даже немного напряженный, будто от моего ответа зависело что-то очень важное. А может, так оно и есть, кто знает. Системные задания бывают разными, и некоторые из них действительно могут изменить чью-то жизнь. Или закончить её, что тоже не исключено.
Я неторопливо сделал еще глоток вина, прочувствовал букет и послевкусие, насладился мягким теплом, которое разлилось по груди, и только потом ответил:
— Ну… — протянул я, делая паузу для пущей убедительности, — Думаю, тысяч тридцать. Но ты сам сказал, что ценник будет завышен, тебя никто за язык не тянул.
Граф моргнул несколько раз, словно пытаясь переварить услышанное. Потом почесал затылок, посмотрел на меня с каким-то недоумением, снова моргнул. Такое ощущение, что я сказал что-то не то, но разве можно было ожидать другого ответа? Он же сам спросил, сколько я хочу за свою добычу, вот я и назвал цену. Честную, между прочим, даже заниженную, учитывая, сколько я там натаскал всякого добра из того прорыва.
— Ты сейчас серьезно, Володя? — граф даже привстал с кресла от возмущения. — Я же тебя совсем о другом спросил! Что было в аномалии? Ты не понимаешь, это крайне важный вопрос, на который я обязан получить ответ! Система требует ответа, я ничего не могу поделать!
А, вот оно что. Значит, всё-таки об аномалии речь шла, а не о тушах. Хотя если честно, то я действительно не расслышал вопрос, потому что в этот момент как раз пробовал какой-то особенно вкусный сыр с травами и думал о том, где бы мне раздобыть такой же для себя. Может, у Аксакова спросить, где он закупается? Хотя нет, глупый вопрос, у него наверняка есть свой личный сыродел, который делает всё это вручную по древним рецептам, передающимся из поколения в поколение.
Я невозмутимо продолжил попивать вино, обдумывая, что бы такого ответить на вопрос про аномалию. Рассказывать всю правду было бы глупо, особенно про тот странный предмет, который появился у меня в кармане халата. Не знаю, что это такое, но интуиция подсказывает, что лучше об этом помолчать. Да и вообще, всё должно выглядеть максимально естественно, без каких-то подозрительных моментов, которые могут привлечь лишнее внимание.
— Граф, ну и ты меня пойми, — я отставил бокал и посмотрел на него с самым серьезным видом, на какой только был способен. — У меня туши в багажнике тухнут. А я их, между прочим, сам добыл и очень старался. Не хочется, чтобы всё пропало зря.
Аксаков тяжело вздохнул, закрыл глаза, явно пытаясь думать о чем-то хорошем, чтобы не сорваться. Потом достал телефон, нажал пару кнопок, буркнул что-то в трубку. Спустя какое-то время, может минуты две или три, в нашу комнату для важных допросов вошел помощник графа и принес толстый конверт. Судя по весу, там была довольно приличная сумма наличными. Аксаков молча протянул мне конверт, и я его принял с благодарным кивком.
— Вот, совсем другое дело, — я убрал конверт во внутренний карман халата, чувствуя приятную тяжесть денег. — Спасибо, граф, ты действительно щедрый человек.
— А теперь ответь на мой вопрос, — граф снова сел в кресло и устремил на меня тяжелый взгляд. — Что там было, в аномалии?
Вот теперь стало действительно сложно. Рассказывать или не рассказывать? И если рассказывать, то что именно? Правду явно нельзя, а вот полуправду, лишь слегка приправленную полуложью… Возможно, это сработает. Главное, чтобы звучало убедительно и не вызывало лишних вопросов, на которые у меня нет нормальных ответов.
Аксаков видел, что я раздумываю, и решил помочь наводящими вопросами:
— Может, там были какие-то монстры? — он наклонился вперед, сцепив пальцы в замок. — Или видения? Я слышал об историях, когда люди видели что-то в аномалиях, и это сводило их с ума. Но ты вроде вполне адекватен, значит, точно всё запомнил. Так ведь?