Я лениво потянулся к телефону, ожидая увидеть стандартный набор из спама, рекламы, может быть еще пара сообщений от знакомых с вопросами «ты где пропал», или от пациентов с просьбой посмотреть геморрой соседа.
Первое сообщение было от неизвестного номера: «Доктор, ты там как? Живой?». Второе сообщение тоже непонятно от кого, но содержание примерно то же. Возможно, не стоило оставлять свой телефон пациентам, но я бываю слишком добр.
И еще целая пачка сообщений от Кравцова, последнее из которых пришло буквально часа три назад: «Володя, всё. Клинику сожгли».
Несколько секунд я просто смотрел на экран, не в силах осознать прочитанное. Потом перечитал ещё раз.
— Вова? — голос Паши донёсся словно сквозь вату. — Эй, Вова, ты чего побледнел? Что там?
Я медленно поднял голову и посмотрел на него, потом перевел взгляд на остальных. Все смотрели на меня с беспокойством, явно заметив перемену в моём настроении.
Ничего пока не стал отвечать, и принялся читать предыдущие сообщения. Лена писала, что пациентов снова не пускают, но так как есть все необходимые разрешения, недоброжелателей удалось прогнать. Затем управляющий клиники начал слать одно сообщение за другим о том, что в клинику вломились и сразу начали громить мебель. Лену эвакуировал, но сам получил пару раз по спине металлическим прутом. Ну а потом, прямо посреди ночи Кравцов снова отчитался о нападении. Почувствовал дым, вызвал пожарных, пытался сам потушить, но ничего не вышло… Разве что кто-то ехидно крикнул, мол, Аксаков нас теперь не защитит.
А я как-бы и не собирался прятаться у него за спиной. У меня молот есть, это они должны где-то прятаться.
Вова, — голос Тёмной в моей голове звучал непривычно серьёзно, без обычного ехидства. — Ты там это… Успокойся что ли.
Я сделал глубокий вдох, потом медленный выдох, закрыл глаза и попытался привести мысли в порядок.
Паника и ярость — плохие советчики. Сейчас нужно думать холодной головой. Собирать информацию, выяснять, кто стоит за этим. И только потом планировать месть.
Потому что месть обязательно будет.
— Гони в город, — сказал я Паше, откидываясь на сиденье и закрывая глаза. — Мне нужно кое-что проверить.
Машина рванула вперёд, набирая скорость. За окном мелькали деревья, постепенно сменяясь полями, потом пригородными постройками, потом городскими окраинами.
А я сидел и думал о том, какие именно методы лечения применить к тем, кто уничтожил мою клинику.
Методы, после которых пациенты уже не встанут.
Глава 7
Прибыл к клинике довольно быстро, но полюбоваться пожаром уже не удалось.
Зато посмотрел на последствия, в виде обугленного скелета, и струек едкого дыма. Чёрные стены, провалившаяся крыша, выбитые окна с потёками копоти, и запах гари такой плотный, что хотелось натянуть противогаз.
Мы стояли напротив этого великолепия и молча смотрели на результаты человеческой зависти. Пятеро дураков, которые уехали спасать мир и переманивать людей на сторону тьмы, пока кто-то спокойно поджигал мое детище. Хорошо хоть обошлось без жертв и Кравцов успел выскочить из объятого пламенем здания. А Лена и вовсе, дома была, так что в целом можно считать, что не всё так плохо.
Но всё равно обидно до зубовного скрежета, потому что я вложил в это место кучу сил и нервов, а какие-то уроды взяли и превратили всё в пепел за одну ночь. Очень хотелось найти этих уродов и провести с ними воспитательную беседу с использованием молота и целительской магии, причём молота больше, а магии меньше.
— Ваше Целительское Величество, — негромко произнёс Аксаков, и в его голосе не было ни капли иронии, только какая-то странная смесь сочувствия и уважения. — Мне очень жаль, что так вышло.
Я покосился на него, вспомнив про дурацкое задание с обращением, которое он до сих пор добросовестно выполнял. С одной стороны, хотелось сказать ему, чтобы прекратил этот цирк, потому что сейчас было совсем не до шуток. С другой стороны, его каменная физиономия при произнесении этого нелепого титула немного поднимала настроение даже в такой паршивой ситуации, так что пусть продолжает.
— Кравцов где? — вместо ответа поинтересовался я, оглядывая окрестности в поисках своего управляющего.
— Здесь я, доктор.
Голос раздался откуда-то сбоку, и из-за угла соседнего здания показалась знакомая фигура. Выглядел Кравцов откровенно паршиво, и это ещё очень говоря. Левая рука висела на перевязи из какой-то грязной тряпки, на лице красовалась пара свежих ссадин с характерными следами гематом, а под глазами висели темные мешки.