Он как раз подходил к своему шатру, когда полог резко распахнулся и наружу буквально вылетел Георгий. Сын выглядел взволнованным, растрёпанным и явно пытался подобрать слова для чего-то важного, судя по тому, как он открывал и закрывал рот, не издавая при этом ни звука.
— Что случилось? — Максим мгновенно переключился в режим боевой готовности, рука непроизвольно легла на рукоять меча.
— Отец! — выпалил Георгий, и в голосе его звучало что-то среднее между паникой и возбуждением.
— М?
— Отец, Тёмная Система дала мне задание! — сын наконец справился с волнением и заговорил более связно, хотя глаза его всё ещё лихорадочно блестели. — Она требует, чтобы я попросил тебя о помощи!
Максим нахмурился, не совсем понимая, к чему клонит сын. Тёмная Система обычно не вмешивалась в их дела напрямую, предпочитая действовать через задания и награды, а не через прямые приказы. Если она решила обратиться к нему лично, через Георгия, значит, случилось что-то действительно серьёзное.
— У Володи серьёзные проблемы! — продолжил Георгий, и теперь в его голосе отчётливо слышалась тревога. — И мы должны помочь ему!
Глава 13
Брат Себастьян всей душой желал служить Светлой системе с того самого дня, когда её благословенный свет коснулся его сознания. Когда ему исполнилось восемнадцать, он сразу обратился к служителям и те приняли его с распростертыми объятиями, приняли как своего, а Светлая уже спустя месяц нарекла его достойным, видя, с каким рвением Себастьян желает наказывать отступников.
И он до сих пор помнил это ощущение абсолютной правильности, когда холодный голос провозгласил его полноправным служителем Света. Другие новички дрожали от страха, не понимая, что происходит, а Себастьян улыбался и благодарил Великую за то, что она снизошла до такого ничтожества, как он.
С тех пор прошло больше тридцати лет, и каждый день этой долгой жизни был посвящён служению. Сначала младшим братом в ордене очищения, а теперь полноправным инквизитором с правом вершить суд от имени Великой Светлой Системы. Путь был долгим и тернистым, но Себастьян ни разу не пожалел о выбранной дороге.
Система справедлива. Это первое, что он усвоил в самом начале служения, и за прошедшие годы убеждал себя в этом снова и снова. Она возвышает достойных и низвергает недостойных, она даёт силу тем, кто верен, и отнимает её у предателей. Разве можно придумать более совершенный порядок? Разве можно желать чего-то лучшего, чем жить под её мудрым и всевидящим оком?
Себастьян искренне не понимал тех, кто роптал на Систему. Третьесортные жаловались на несправедливость распределения благ, не осознавая простой истины: если ты оказался внизу, значит заслужил это. Система не ошибается, она видит каждого насквозь и воздаёт строго по заслугам. Хочешь подняться выше? Работай усерднее, служи преданнее, люби Великую всем сердцем, и она обязательно заметит твои старания.
Сам Себастьян начинал со второго сорта, что уже было знаком благоволения. Но он не остановился на достигнутом и продолжал служить с удвоенным рвением, пока однажды не получил долгожданное известие о повышении. Первый сорт! Высшая награда, доступная смертному, признание его преданности и усердия. В тот день он плакал от счастья и благодарил Светлую за её бесконечную милость.
Теперь, спустя годы, он нёс её свет в самые тёмные уголки империи, выжигая скверну и очищая заблудшие души. Работа была грязной, но необходимой, и Себастьян выполнял её с особым, искренним рвением. Еретики, отступники, светлохульники… Все они думали, что могут укрыться от всевидящего ока Системы, но рано или поздно оказывались перед её посланником.
И тогда наступало время правосудия.
Себастьян любил этот момент больше всего остального. Момент, когда очередной грешник осознавал неизбежность расплаты. Когда спесь и наглость сменялись страхом, когда дрожащие губы начинали молить о пощаде, когда колени подгибались сами собой, без всякого приказа. Это был момент торжества Света над тьмой, момент истины, ради которого стоило жить.
За годы службы он повидал всякое. Встречались упрямцы, которые пытались сопротивляться до последнего, но их упрямство неизменно ломалось о несокрушимую волю Системы. Встречались хитрецы, которые пытались обмануть и выкрутиться, но Великая видела каждую ложь насквозь. Встречались и те, кто искренне раскаивался, и к таким Себастьян проявлял снисхождение. Не потому что был мягкотелым, а потому что Система ценила искреннее покаяние и давала заблудшим шанс вернуться на путь истинный. Не всем, конечно, но иногда такое случалось.