Боец с анализатором подошёл к Паше и повторил процедуру сканирования. Кристаллы снова мигнули зелёным, подтверждая, что перед ними действительно Дендродуил, третий сорт, двенадцатый уровень, профессия: водитель-санитар. Никаких криминальных отметок, всё чисто настолько, будто бы он вообще ни разу закон не нарушал. Даже скорость не превышал, не говоря уже о каких-то более серьезных проступках.
— Тоже чисто, — доложил боец.
Командир кивнул и отдал приказ осмотреть транспорт. Часть ликвидаторов направилась к грузовику, часть к автобусу, где сидели наши подопечные. Остальные продолжали держать периметр, не спуская с нас глаз.
Осмотр проходил профессионально и без лишней грубости. Ликвидаторы явно знали своё дело и не тратили время на бессмысленное запугивание или демонстрацию силы. Они методично проверяли каждый угол, сканировали каждого пассажира, записывали показания и сверяли их с какими-то списками на своих планшетах.
Лена вышла из кузова грузовика с видом оскорблённой невинности и тут же принялась возмущаться по поводу грубого обращения с медицинским персоналом. Её новое имя, Алевтина Морозова, светилось над головой вместе с иконкой третьего сорта и титулом лучшей медсестры месяца по версии лучшего доктора месяца. Ликвидаторы выслушали её претензии с каменными лицами, проверили анализатором и отпустили обратно в кузов.
С пассажирами автобуса дело обстояло сложнее, потому что там сидели десять человек в состоянии различной степени шока, и некоторые из них выглядели так, будто вот-вот хлопнутся в обморок. Виктор, Архип и Игнат держались нормально, их новые личности не вызвали подозрений у проверяющих. Кравцов нервничал больше остальных, но его удалось выдать за пациента с тревожным расстройством, что в целом было недалеко от истины.
Остальные целители… С ними получилось чуть труднее. Они только сегодня утром отключились от Светлой и ещё не успели толком освоиться с новой системой, не говоря уже о том, чтобы спокойно врать вооружённым людям в чёрной броне. Но Тёмная, видимо, предусмотрела этот момент, потому что все анализаторы упорно показывали чистые данные, а трясущиеся руки и бегающие глаза списывались на естественную реакцию гражданских при виде боевого подразделения.
Пока шёл осмотр, я стоял у грузовика под присмотром двух ликвидаторов и старался выглядеть максимально безобидно. Командир расположился неподалёку и периодически получал доклады от своих людей, которые он выслушивал с непроницаемым выражением лица.
— Скажите, — обратился я к нему в какой-то момент, когда пауза затянулась. — А что такого натворил этот Рубцов, что за ним прислали целых четыре вертолёта?
Командир покосился на меня, явно раздумывая, стоит ли отвечать на подобный вопрос.
— Напал на инквизитора, — наконец произнёс он. — Уничтожил священный артефакт. Этого достаточно, чтобы поднять на ноги все силовые структуры империи.
— Ого, — присвистнул я с деланным восхищением. — Серьёзный парень, получается. И что, прямо совсем инквизитора избил?
— Молотом по голове, — командир позволил себе едва заметную усмешку. — Если верить рапорту пострадавшего.
— Молотом? — я покачал головой, изображая искреннее удивление. — Вот это да. А инквизитор что, не сопротивлялся?
— Подробностей не знаю, — командир пожал плечами. — Да и не моё это дело, честно говоря. Моя задача: найти и задержать, а разбираться потом будут те, кому положено.
В его голосе мне послышалась какая-то странная интонация, что-то вроде скрытого неодобрения. Не по отношению ко мне, а скорее по отношению к тем самым «кому положено».
— А вы часто работаете с инквизиторами? — поинтересовался я максимально невинным тоном.
Командир снова покосился на меня, и на этот раз в его взгляде промелькнуло что-то похожее на понимание.
— Достаточно, — коротко ответил он. — Чтобы знать, как они работают.
Ликвидатор замолчал, явно не желая развивать эту тему дальше, но мне и так было достаточно. Не все в империи обожают Светлую систему и её служителей, это я понял уже давно. И даже среди тех, кто формально работает на ту же сторону, находятся люди, которые предпочли бы держаться от инквизиции подальше.
Осмотр продолжался ещё минут двадцать, и всё это время я старался вести себя как можно естественнее. Болтал с охранниками о погоде, о ценах на топливо, о тяжёлой доле медицинских работников, которым приходится мотаться по бездорожью ради спасения человеческих жизней. Ликвидаторы слушали вполуха, но не затыкали, видимо привыкнув к тому, что задержанные пытаются разрядить обстановку пустой болтовнёй.