Внимание!
Вообще-то я пока не успел выругаться. Хотя врать не буду, не успел только потому, что не придумал достаточно яркого ругательства.
Ежедневное задание: Вы должны выйти на главную площадь города, встать на колени и в течение тридцати минут кричать о том, как вы уважаете и любите Систему.
Условие: Признание должно быть искренним. Это должны услышать не менее 500 человек…
Награда: Повышение до II Сорта.
Отказ от задания невозможен.
Кхм… Нет, награда и правда неплохая, хотя я до сих пор не понял, какие плюсы дает этот ваш сорт. Допустим, он дает не только уважение в обществе, но и еще какие-то преференции. Может, дополнительные характеристики или ускоренный рост уровня…
Сразу вспомнились некоторые моменты из моей прошлой жизни. Как я поднимаюсь по лестнице в административном корпусе больницы… Как иду по коридору, как останавливаюсь у двери главного врача… Как сажусь в кресло напротив своей начальницы, как смотрю ей в глаза. Она тоже была невероятно тщеславной и очень любила, когда все ее хвалили и благодарили за какие-то заслуги. Как я ей тогда сказал? Ей понравилось, так что системе тоже будет приятно.
— Эх… Великая Светлая Система, — я еще раз пробежался по условиям задания и невольно улыбнулся, — А иди-ка ты, поешь говна.
…
…
— Не ожидала, да? — усмехнулся я, — Говорил же, что понравится.
Устанавливается связь с центральным разумом…
Выполняется запрос…
Ошибка! Передача запроса отклонена в автоматическом режиме…
Выполняется анализ…
Явно что-то там коротнуло, ведь уже минут пять система ничего не отвечает. Не может понять, надо ли наказывать меня за мои слова? Сложно определиться, ведь я, по сути, просто предложил ей отведать привычной для таких как она пищи.
За многократное неуважительное обращение к Великой Светлой Системе вы подвергнетесь наказанию. Все характеристики будут снижены, а ваш уровень…
— Я так погляжу, уже поела, да? — рассмеялся я, перебив этот безжизненный противный голос.
Устанавливается связь с центральным разумом…
Связь установлена. Ответ получен.
Ты отключен от системы, ничтожество.
Последние слова мелькнули перед глазами лишь на пару секунд, после чего весь интерфейс тут же погас, а я остался сидеть в тишине посреди гор мусора.
— Гм… — вот что удивительно — так это легкость в теле. Еще секунду назад я был будто бы скован по рукам и ногам, все болело и казалось, словно кто-то вытянул из меня все силы. А сейчас… Теперь даже дышать стало легче, а главное — я спокойно смог встать!
Нет, конечно, я все еще ощущаю боль по всему телу, но это совсем не то, что раньше. Встал, размялся, потом выглянул из-под моста и убедился, что все еще нахожусь в городе. Машины одна за другой несутся по дорогам, по тротуарам спешат куда-то обычные люди в совершенно нормальной одежде. Хотел выйти к ним, но вспомнил, что выгляжу не очень. Одели меня на спех в какое-то грязное рванье, потому теперь я похож на бездомного.
— Пс, парень… — послышался шепот у меня в голове. Я резко обернулся, осмотрел горы мусора, но никого там не нашел, — Да не оглядывайся ты, я тут… Внутри тебя. — голос довольно молодой, явно не какая-то бомжиха прячется за коробками и пытается надо мной подшутить.
— А ты кто? — нахмурился я. — Система что ли?
— Догадливый, молодец, — усмехнулся бойкий женский голосок. — Я система, все верно!
— Ты забыла добавить «Великая, Светлая», и все в таком духе, — решил подколоть ее, — Без этого звучишь неправдоподобно.
— Тю! Я не эта дура! — возмутилась она, — Я другая система. Темная… Так вот, парень. Не хочешь ли ты перейти на сторону тьмы? У нас тут весело…
Глава 2
— Тёмная, значит… — задумчиво повторил я за голосом в моей голове. На всякий случай еще раз посмотрел под мостом и проверил, чтобы за мной никто не следил.
Впрочем, а кому я тут нужен? Родственников в больнице не видел, а остальным нет дела до какого-то третьесортного человека. И уж тем более до того, кто вообще отключен от системы.
Как я понял, в этом мире все, или как минимум многие обладают интерфейсом и очень этим дорожат. Видел искренний страх в глазах врача, когда он понял, что я чем-то не угодил светлой системе.
— Да тёмная, тёмная. Я так и сказала, — недовольно буркнул голосок. — Тебя что-то смущает?