Ну да, как же, для системы главное развлекаться, только поэтому меня и жалеет. Жалко только, что я потерял сознание не в кресле. По уму, надо было привязать меня к этому артефакту и только тогда метать в кристалл.
Краем сознания ощутил мощную волну льда, пронизывающую тело аж до самых костей, после чего мышцы обдало теплом и я почувствовал, как каждая клеточка организма жадно начала впитывать… Даже не знаю, не энергию, а опыт. Ту самую пыльцу, что образуется после уничтожения монстров или разрушения сердца прорыва.
Сегодня все жители города получат по уровню, всё-таки они можно сказать поучаствовали в уничтожении прорыва. Пыльца разлетится на километры в разные стороны и моими стараниями все вдруг станут чуть сильнее. А я… Мне бы как-то не сдохнуть.
После разрушения сердца прорыва монстры становятся значительно слабее, вот только они вполне могут взять числом. Как только кристалл взорвался, по мне начали топтаться костяные ноги, разок отдавили спину железным сапогом, потом споткнулись пару раз. Хорошо, что скелеты не видят во мне угрозы и пока не жрут. Я же тем временем пользуюсь своим Ясным сознанием на полную и разгоняю остатки целительской энергии по самым критически важным местам.
Да уж, и без этого мне хорошенько досталось. В диагнозе я бы поставил что-то вроде «перелом Владимира» или «травма всего человека».
В общем, на грани жизни и смерти оказалось довольно весело и очень даже больно. Всегда есть, чем заняться. То одна система начинает отваливаться, то где-то открывается обильное кровотечение, то какой-нибудь жизненно важный орган говорит «пока» и отправляется на покой… И каждый раз приходится как-то реагировать, отправлять на восстановление целительскую энергию, подпитывать себя самостоятельно…
Тем временем очередная волна ледяной энергии прокатилась по телу, оставляя после себя пульсирующее тепло. Нет сомнений, над моим бренным телом только что убили очередного монстра, а я наглым образом присвоил себе весь опыт и энергию.
Ясное сознание работало на пределе возможностей, а я фиксировал каждый разрыв ткани, каждую трещину в костях. Словно хирург, оперирующий в полной темноте, я направлял остатки энергии на самые критические участки своего организма и совершенно не обращал внимания на происходящее вокруг. На это я повлиять уже не могу, так что пусть монстрами займутся другие специалисты.
Первым делом я сосредоточился на мозге, ведь если вдруг он отключится окончательно, не поможет даже Ясное сознание. Потому на мозгах не экономил и пусть говорят, что нервные клетки не восстанавливаются, я все же решил нарушить эти законы. Хотя бы остановил внутреннее кровотечение и теперь пораженный участок не будет увеличиваться и отекать.
Далее взялся за более насущные проблемы. Например, кто-то особо наглый слегка надорвал мне живот, того и гляди скелеты смогут увидеть съеденный мной недавно тортик. Так что сразу начал стягивать зияющую рану, пока туда не набросали земли и костей.
Края повреждённой ткани едва заметно сходились, но процесс шёл мучительно медленно. Проще было бы стянуть рану руками и уже пройтись быстренько минимальным количеством энергии, но увы, мозг пока спит. Да, раз кровотечение остановилось, а живот срастаться быстро не хочет, снова отвлекся на прврежденную голову. Направил энергию на стабилизацию нейронных связей, представляя, как склеиваю разбитую вазу с невероятной точностью. Перед внутренним взором проносились вспышки света и хаотичные линии, напоминающие электрические разряды. Постепенно картина прояснялась, позволяя мне лучше контролировать процесс восстановления.
Куда ни посмотри — везде одни проблемы… Как там дела у ликвидаторов? Я тут едва справляюсь, так что вам стоило бы поторопиться!
Лёгкие представляли собой рваную ткань, похожую на видвшую виды половую тряпку. Я заставлял клетки делиться, выстраиваясь в правильные ряды, восстанавливая альвеолярную структуру. Каждый вдох давался с трудом — воздух царапал восстановленные, но ещё хрупкие ткани. Но с каждым циклом дыхания процесс становился всё легче, и лёгкие постепенно обретали новую жизнь.
Селезёнка пострадала особенно сильно. Глубокий разрыв продолжал кровоточить, несмотря на первоначальную коагуляцию. Я направил поток энергии прямо в эпицентр повреждения, заставляя ткань сжиматься и запечатываться. Это было похоже на работу невидимого хирурга, который сшивал края раны сверхпрочными нитями.