— Вот серьезно, да? — я закатил глаза и помотал головой, — Какой смысл?
— Ты о чем? — удивился мужик, который только что тыкал мне в лицо удостоверением сотрудника полиции.
— Мешок. Какой смысл было надевать мне на голову мешок? Чтобы что? — я правда никак не мог понять смысла этого действия.
— В смысле чтобы что? — всё еще не мог уловить нити разговора седой усатый полицейский, — А как ты хотел? Таких как ты только с мешком на голове и можно возить! Большего вы не заслуживаете!
— Во-первых… — вздохнул я и некоторое время пытался сформулировать мысль, — Во-первых — это идиотизм. Мне нацепили этот дебильный мешок для того, чтобы я не запомнил дорогу? Куда, в полицейский участок? У тебя, дебила, в удостоверении указан номер участка и я его все равно запомнил! А во-вторых — вина моя не доказана, а значит подотрись своими обвинениями. Всё, свободен.
— Да я… Да ты… — запыхтел обескураженный мужик, но подобрать подходящих слов так и не сумел, — Ничего, посмотрим, как ты запоешь, — в какой-то момент он улыбнулся, — А пока можешь немного посидеть и пообщаться со своим дружком. Может он расскажет, что тебя здесь ждет.
Он вышел из комнаты, после чего меня снова куда-то повели. И это действительно полицейский участок, по пути встретилось несколько неприветливых людей в форме, и каждый смотрел на меня с нескрываемым презрением.
А в чем, собственно, дело? Честно, я пока даже не понял, за что меня так нагло задержали. Насколько мне известно, по протоколу при задержании надо хотя бы представиться, предъявить какое-то обвинение ради приличия. Меня же просто похитили, другим словом это не назовешь.
Вскоре мы остановились, один из молчаливых мужиков открыл железную дверь, а второй толкнул меня внутрь. Ну ладно, тут тоже должны кормить, да еще и бесплатно. А тренироваться можно и в камере, здесь ничем не хуже.
— Доброго денечка, — кивнул своему сокамернику. Какой-то бедолага, которому не в камере надо сидеть, а лежать в больнице. Весь избит, одежда грязная и рваная, а из рассеченной скулы до сих пор сочится кровь.
— Володь, ты что ли? — прохрипел он, а я только сейчас начал подмечать знакомые черты распухшего лица.
— Паша? — я даже опешил на секунду, после чего сразу активировал малое исцеление и принялся за работу. Отеки пропали уже через пару минут, затем взялся за заживление внутренних повреждений, и только после этого прошелся по многочисленным ушибам. Так что через полчаса Паша уже сидел, мотал головой и рассказывал свою историю.
Впрочем, история эта оказалась довольно короткой. Шел домой, в подъезде встретил двух амбалов, те накинули мешок на голову и увезли сюда.
— Ну и по вечерам, когда остается один дежурный, тут начинается развлекательная программа, — скривился он, — Каждый вечер ко мне приходил усатый чёрт, спрашивал, где тебя можно найти, и получив отказ начинал избивать, — Паша развел руками, демонстрируя залитую кровью рубашку.
— А зачем ему я так понадобился? — я крепко задумался, ведь и правда, никакие законы я почти не нарушал. Правда стоило бы эти самые законы как минимум почитать… Вдруг в этом мире категорически запрещается быть таким шикарным мужчиной? Тогда извините, с этим ничего поделать не смогу и придется нарушать этот закон.
— Он ничего по этому поводу не говорил, — вздохнул Павел, — Я-то думал, может ты в курсе.
Может, на меня написал заявление Коля? А что, вполне мог обвинить меня во всех грехах, напридумывать что-нибудь. Мол, весь такой нехороший целитель обрек на верную гибель, украл все трофеи и сбежал.
Но это же глупости, ведь у него тоже могут появиться проблемы перед законом. Как минимум, мы с Пашей легко докажем факт того, что он нас ограбил первым. Да и я никого не обворовывал, все эти трофеи были отданы добровольно в обмен на услуги по исцелению.
Система, а ты как думаешь? Неделя прошла, так что давай-ка снова отвечай на мои вопросы!
Не лучший момент. В здании есть алтарь Светлой системы, и я сейчас работаю над тем, чтобы она нас не заметила!
Ой, ну ладно, не отвлекаю. Все равно скоро наступит вечер и к нам в гости заглянет ответственный за мое похищение. Тогда уже у него буду интересоваться о причинах.
Вечер медленно опускался на город, а в нашей камере царила тягостная тишина, нарушаемая лишь скрежетом ржавых петель да отдалёнными голосами охранников. Паша, немного придя в себя после моих целительских манипуляций, задумчиво разглядывал трещины на стене.
— Слушай, Володь, — наконец нарушил он тишину, — А когда это твои навыки так вырасти успели? Ты же совсем недавно мог только царапины залечить, а сейчас… — он обвёл взглядом свои зажившие ушибы, — Это уровень явно не начинающего целителя. Я бы сказал, что таких целителей с радостью берут в прорывы четвертого-пятого ранга.