Однако мы справились с этим непростым заданием, пускай и не быстро, зато наши шатры не шатались на ветру и выглядели надёжным местом. А отнеся туда подобия спальных мешков, в которых мы спали во время подъёма к этому плато, и вовсе стало даже уютно. Правда, лечь спать мы не пошли — учителя разожгли костёр и принялись готовить еду.
Вернее, не они принялись готовить, а мы стали готовить под их надёжным присмотром. Потому уже через час все мы сидели вокруг костра, и с жадностью ели из купленных в деревне плошек. Правда, к нашей чести, ложки были у каждого свои. Ну, кроме как у попаданца, которому пришлось жертвовать одной из запасных ложек.
Зато спалось после еды просто прекрасно. Спал как младенец. Если бы меня и ребят не разбудил Нерус, то так и продолжил бы спать. А так учитель разбудил нас всех ни свет ни заря. Мы даже не успели позавтракать!
— Сейчас дождёмся группу аристократов, — Нерус отвечал этой фразой на все наши вопросы, а потому мы перестали их задавать, и принялись болтать между собой. Одного лишь меня не тянуло говорить, а очень хотелось выспаться, словно мне не хватило нескольких часов сна. Странно — я же наоборот, очень даже выспался.
Правда, когда подошли попаданец и его спутницы, я выбросил эту мысль из головы. Не выспался, наверное, и всё.
— Идите за мной, и не смейте свернуть с дороги, — Предупредил нас маг огня, и последовал в сторону одинокой пещеры с невероятной концентрацией маны.
Мы сборным отрядом последовали за Нерусом. В конце шли наши кураторы, а потому нам оставалось только следовать за магом.
Сама шахта оказалась с природным спуском ниже, и потому мы осторожно спустились вниз. Внизу пещера продолжалась прямым ходом, который под самый конец сворачивал направо. И если бы не огни, которые зажгли маги огня, то мы бы не прошли и пяти шагов, потому что сам ход был весь в сталактитах и сталагмитах. Они хищно поблескивали под ярким огнём, и мы не хотели узнавать, что будет, если случайно порезаться им, потому как эти самые наросты выглядели очень острыми.
Дорога заняла около двадцати минут, но эти двадцать инут были самыми жуткими. Гробовая тишина висела в этом месте, и никто не хотел говорить попусту в этом месте. Да уж, вот какой ты, Грумраштан. Страшный и пугащий до самых кончиков волос.
Лишь когда мы вышли из этого поля сталактитов и сталагмитов, то мы принялись негромко разговаривать. Да и словно что-то перестало на нас давить, мы смогли задышать полной грудью.
А пройдя ещё немного, мы вышли в небольшое помещение, и свтали как вкопанные. Ведь оно сверкало от переливаемой магии! Шары огня перестали светить, и улетели внутрь этой комнаты. Впрочем, свет этой комнате был не нужен. Словно в этой комнате были невидимые лампочки, переливаемые всеми цветами радуги одновременно.
— Грумраштан в своём лучшем виде, — Прозвуча голос Неруса, полный благогвения перед этим местом. Впервые слышал подобные ноты у нашего сурового мага огня! — Входим по одному, и садимся так, чтобы всем хватило места. А затем пытайтесь впитать в себя ману своей стихии.
Мы так и поступили. Первым вошёл попаданец и его гарем, а затем я со своей группой. Меня словно ударили по голове и солнечному сплетению — сразу же стало тяжело дышать, а в голове зашумело. Я неловко сел на пол, и принялся выравнивать дыхание. Но мне становилось всё тяжелее и тяжелее.
— Наконец-то, — Прозвучал голос, который я совершенно не ожидал услышать в этой ситуации.
— Куса?
— Да, инспектор, это я, — Куса звучала вновь как обычно, как в те дни, пока она не была отравлена той злополучной божественной кровью, — Грумраштан отличное место не только для магов, но и для меня. Я наконец-то очистилась от тех эманаций божственности, что застряли во мне.
Я не понимал, о чём говорила Куса, и хотел спросить об этом. Вот только мне становилось всё хуже и хуже, и я не понимал, в чём дело. Ведь все остальные сидели нормально и спокойно дышали. Даже Нерус забеспокоился моим состоянием, и уже встал на ноги, чтобы подойти ко мне.
И тут мне резко полегчало. Вот только прибавилось новое ощущение — жжение в сосудах рук, словно их натёрли чем-то острым и они теперь с каждой секундой начинали всё сильнее и сильнее гореть.
— Терпи, инспектор, — Голос Кусы был суров, — Это плата за то, что ты можешь пользоваться магией. Твои каналы расширяются и наполняются собственной маной, а не тем подобием, которым мы пользовались всё это время. Терпи и дыши.