Выбрать главу

Должно быть, в этой части секты живут внутренние ученики, наставники и мастера.

Разрушения практически не коснулись этой части секты. У одного дома была сломана крыша, а ещё у нескольких она просто почернела. Материалы здесь явно были гораздо прочнее, чем в предыдущих районах.

Ну а четвёртая стена оказалась самой высокой, толстой и совершенно без охраны. На ней стояли несколько развевающихся на ветру белоснежных полотен, исписанных рунической вязью. Формации, которые смогут остановить противника лучше любой охраны. Да и те, кто жил за четвёртой стеной, явно не нуждались в охране.

Там жила элита секты: старейшины, их личные ученики и главы павильонов.

Здесь было всего несколько построек, расположенных перед огромной площадью, которая заканчивалась дворцовым комплексом из семи величественных зданий, одно краше другого. И самый сокрушительный удар Небесного Испытания пришёлся именно сюда. Одного дворца больше не существует, а на его месте зияет огромная дыра, заполненная всё ещё не остывшим камнем, превратившимся в лаву.

И вот такой силы молния долбанула мне в зад?

Теперь понятно, почему сопротивление целых 90 %. Удивительно, почему не все 100 %.

Пострадал третий дворец слева. Попытался вспомнить, что это за дворец, но ничего не вышло. А любые попытки поговорить с тенями заканчивались ничем. Они просто игнорировали меня. Будь больше времени, и вполне возможно, удалось бы их разговорить, но мы добрались до нужного места очень быстро. И, к моему удивлению, это оказался не один из уцелевших дворцов, а одно из зданий перед площадью. Буквально в полусотне метров от стены и самое неказистое из всех имеющихся.

Рядом со зданием стояла табличка, на которой было написано: «Малый зал для приёмов дворцового комплекса секты Семи Пределов».

Похоже, что старейшины не могли позволить себе собраться в менее статусном месте, как и тащить меня в один из дворцов. Что же, будем посмотреть, что они скажут. Надеюсь, что жетон Предка сможет убедить их в том, что я и есть тот самый Ван Лао.

Фу Цинь не стал заруливать непосредственно к самому зданию, а опустился возле стены, после чего меч взмыл в небо и куда‑то улетел на автопилоте. Ну а мы двинулись к малому залу, всё в том же порядке. Теперь уже Тени меня не обнимали, а возле входа в зал они и вовсе остались перед дверьми. Внутрь вошли только мы с Фу Цинем.

Здесь нас уже ждали всего два человека, сидевших в своеобразных тронах на небольшом возвышении у дальней стены зала. Это было сделано специально, чтобы ни у кого не возникло сомнений, кто здесь главный. Тронов было семь, но занятыми оказались только два: третий и седьмой.

Старейшины смотрели на меня с нескрываемым презрением. А особенно отвратительный старикан с жиденькими волосёнками и сизым шрамом на половину лица и вовсе сплюнул себе под ноги.

Я сделал ещё пару шагов, и со всех сторон навалилось давление. В разы сильнее того, что довелось испытать в Павильоне Теней. Но хрен они угадали: я стал сильнее, и этого слишком мало, чтобы сломить меня.

— И из‑за этого ничтожества ты посмел тревожить нас, Фу Цинь? Я уже давно говорил, что пора сменить главу Павильона Теней, и у меня даже есть отличная кандидатура, — выдал старик, но его перебил звонкий женский голос, принадлежавший миловидной женщине лет сорока.

— Твой третий сын, брат Мо, мы прекрасно об этом знаем. Как знаешь и ты, что без согласия Предка, или одного из великих старейшин мы не имеем права снимать и назначать новых глав павильонов. Даже глава секты не может этого сделать.

— А я говорил, что уже давно пора переписать эти правила! Сколько ещё мы должны ждать? Возможно, никто из них уже никогда не вернётся.

— Не нужно ничего ждать, — с огромным трудом выдавил я из себя. — Я — предок Ван Лао, и наведу порядок в том бардаке, что вы устроили, пока я занимался совершенствованием.

Резко появилось чувство смертельной опасности. Фу Циня снесло в сторону, а прямо передо мной стали появляться мечи из Ци, которые я уже видел во время сражения Ван Лао с Сяовеем.

Правда, всего три, когда там их было несколько сотен. Но мне хватит и одного — того самого, что уже замахнулся, чтобы снести мне голову.