Здесь клеток не было, только пол, расписанный сложным узором из линий и рун.
Я узнал эти символы, потому что точно такие же видел в пещере под рекой, когда следил за культистами. Телепортационный круг, транспортный узел.
Подошёл к краю рисунка. Линии были вырезаны в камне и залиты чем-то тёмным, похожим на запекшуюся кровь.
Достал медальон Виктора и влил в него духовную энергию.
Тишина.
Ни каких признаков. Портальный круг так и остался мёртвым куском камня.
— Абонент временно не доступен.
Великая Черепаха мертва, филиал секты под рекой уничтожен, а значит, и приёмная станция на том конце больше не работает. Канал связи оборван.
Теперь всё сходилось. Виктор был не просто маньяком-коллекционером, а логистом. Он принимал товар здесь, в поместье, сортировал в подвале под домом, а потом отправлял через этот круг прямиком к заказчикам. Сотни людей исчезали в вспышке света, чтобы стать кормом для рыболюдов или материалом для экспериментов секты.
Я убрал медальон.
— Эй, вы двое! — крикнул я рыболюдам, жавшимся у входа. — Зовите остальных и выносите отсюда всё, что не приколочено, а что приколочено, отдирайте. Камни с рисунком разбить кувалдами в щебень, чтобы даже пыли от этой мазни не осталось.
Рыболюды закивали, булькая от усердия.
К закату посреди двора выросла гора.
Это была уродливая, хаотичная куча мусора, от которой веяло безнадёгой: ржавые решётки, погнутые прутья клеток, мотки цепей, окровавленные колодки и гнилые доски настилов. Рыболюды работали на совесть, таская железо с муравьиным упорством, и теперь этот памятник деятельности дяди возвышался над фонтаном, отбрасывая длинную тень.
А на самой вершине, лежало тело самого Виктора. Его уложили аккуратно, скрестив руки на груди, и в лучах заходящего солнца лицо дяди казалось почти спокойным, если не смотреть на застывшую гримасу.
Я стоял в десяти шагах, а рядом со мной была Эмма. Она держала меня за руку, крепко сжимая пальцы, и смотрела на кучу широко открытыми глазами. Рид сидел у её ног, обвив хвостом её худенькие лодыжки.
Солнце коснулось горизонта, окрасив небо в багровые тона.
— Ив, — тихо спросила Эмма. — Это всё было там? Внизу?
— Да.
— И он делал это?
— Да. Но больше не будет.
Я сжал её ладошку.
— Смотри внимательно, Эмма. С этого момента начинается наша новая жизнь, без подвалов, страха и дяди. Мы стираем это.
Я вытянул свободную руку вперёд.
Огонь отозвался мгновенно, словно ждал этого весь день. На моей ладони расцвёл бутон фиолетового пламени, маленький, размером с грецкий орех, но такой плотный, что воздух вокруг него задрожал. Это было голодное сияние Бездны.
Я щёлкнул пальцами, и огонёк сорвался с руки. Он пролетел над двором дугой и опустился на вершину кучи, прямо на грудь Виктора.
Вспышки не было.
Пламя просто потекло, расползаясь по ткани халата, по коже, по металлу и дереву, как пролитые чернила.
Железные прутья клеток оплывали, превращаясь в ничто. Дерево исчезало, не оставляя углей. Тело Виктора начало таять, растворяясь в фиолетовом сиянии, словно было сделано из воска.
Это было жутко и красиво одновременно.
Через пять минут во дворе не осталось ничего. Только одно большое круглое пятно выжженной остекленевшей брусчатки, которая слабо светилась в наступающих сумерках. Я втянул пламя обратно в тело.
Эмма выдохнула.
— Спасибо, — прошептала она.
— За что? За костёр?
— Нет. За то, что его больше нет.
Герта подошла неслышно, как тень.
— Господин Ив, юной госпоже пора спать. День был долгим.
Я кивнул.
— Иди, Эмма. Рид, проводи.
Кот боднул её головой под коленку, подталкивая к дому. Эмма ещё раз оглянулась на прощание и ушла.
Звёздная ночь опустилась на Южный холм.
Я стоял на балконе хозяйского крыла, опираясь локтями на перила. В руке дымилась кружка с травяным чаем, который заварила Герта, но пить не хотелось.
Внизу, в саду, стрекотали цикады, а вдалеке шумела река. Мир казался мирным и спокойным.
В соседнем особняке, который на моей памяти всегда пустовал, горел свет. Окна его второго этажа светились тёплым жёлтым, и я на секунду задумался, кому он принадлежит, но мысль тут же улетучилась, потому что какая разница? Новые соседи станут проблемой завтрашнего дня, а у меня пока хватало проблем сегодняшнего.
Я сделал глоток чая, обжёгшись.
Виктор мёртв, филиал секты под рекой уничтожен. Вернул дом, спас сестру, получил кучу денег и ресурсов. Можно было бы подумать, что это хэппи-энд, но я прекрасно понимал, что всё только начинается.