Но сначала нужно проверить поместье. Виктор обещал передать племянницу Эмму по достижении десяти лет. Так как в ней пробудилась родословная самих Винтерскаев, она была чрезвычайно ценна для секты. Кстати, вот этот момент тоже интересен по самому Иву, он ведь тоже Винтерскай, может его тоже нужно забрать волоком в Чёрный хлыст?
Но ладно, раз Виктор мёртв, то для начала нужно забрать девчонку. Да и рыболюды, что должны быть в поместье по-прежнему принадлежат секте, и их нужно вернуть под контроль.
Лунияр повернулся к По.
— Мастер По, — тон снова стал мягким, почти дружеским, и от этой перемены По вздрогнул сильнее, чем от давления. — Вы упомянули, что собирались куда-то?
По встряхнулся, услышав наконец, что разговор переходит на нормальную обыденную тему.
— А, да! Сегодня в деревне открытие нового ресторана, его открывает как раз… — По осёкся и кашлянул. — Как раз Ив Винтерскай.
— Когда?
— В шесть вечера. Это в юго-западной части деревни, между жилой зоной и рекой. Бывший дом семьи Флоренс, его перестроили. Десять минут от рыночной площади, если идти неспешно.
Лунияр кивнул и двинулся к выходу. Формация на стенах мигнула и рассыпалась, впуская в зал обычные звуки: стук деревянных мечей на площадке, птичий щебет, далёкий гул рынка.
Он вышел на свет, и ученики снова замерли, провожая его взглядами, но он шёл мимо них, не замечая. Лодка качнулась, принимая хозяина, и плавно оторвалась от земли.
Тёмное дерево корпуса сверкнуло серебром, и через мгновение она уже скользила над крышами, набирая высоту и разворачиваясь к Южному холму, к поместью Винтерскаев.
Парадный двор поместья Саламандер плавился под полуденным солнцем. Воздух дрожал над брусчаткой, искажая очертания дальних ворот, но никто из присутствующих не смел даже вытереть со лба пот.
Вся семья, от дряхлых старейшин до сопливых юнцов, выстроилась в ровные шеренги. Красно-золотые одежды, гербы с саламандрами, надменные лица — всё как на параде, только вот зрителей нет.
Глава семьи прохаживался перед строем, заложив руки за спину. Его глаза, похожие на тлеющие угли, сверлили каждого, кто смел шелохнуться.
— Запомните, — он говорил сухо, и каждое слово потрескивало, как горящее полено. — Сегодня великий день. Секта присылает за Каем наставника. Обычно за учениками внешнего круга прилетает практик третьей ступени, что считается средним рангом по меркам Секты, но даже его силы хватит, чтобы превратить всё наше поместье в кучку пепла за один вздох. Поэтому при его прилете стоять смирно. Смотреть в землю и дышать через раз.
Кай стоял в первом ряду, бледный и напряжённый. Рядом переминалась с ноги на ногу Лина, то и дело поправляя складки на платье.
— Отец, — тихо спросила Лина. — А если он не прилетит? Мы стоим уже три часа.
— Замолчи! — шикнул Глава. — Практики такого уровня не живут по нашему времени. Если почтенный старец решит прилететь через неделю, мы будем стоять здесь неделю.
Лина замолчала, но её недовольное сопение было слышно на весь двор.
Минуты потянулись, густые и липкие, как разогретый битум. Солнце ползло по небу с медленной неотвратимостью, а тени укоротились до крошечных лужиц под ногами. Мухи жужжали. Где-то за стеной поместья лаяла собака, и этот звук казался единственным доказательством того, что время ещё не остановилось.
Вскоре солнце перевалило через зенит, тени уменьшились до огрызков, когда все заметили точку в небе.
Точка росла слишком быстро.
Через несколько секунд она превратилась в силуэт, окутанный пламенем, и теперь было видно, что это человеческая фигура с крыльями. Огромными, метров десять-двенадцать в размахе, полыхающими оранжево-белым огнём, от которого воздух лопался с сухим треском.
Фигура спикировала к земле и аккуратно приземлилась в центре двора. Крылья мигнули и растаяли, осев на плечах невесомым маревом, которое истаяло в горячем воздухе.
По центру двора стояла женщина.
Огненно-рыжие волосы, волнами ниспадали по плечам и спине, отливая тем же оттенком, что и угасшие крылья. Лицо было молодым — на вид лет тридцать, может, чуть больше — с высокими скулами и полными губами, слегка изогнутыми в намёке на улыбку.
Шёлковое одеяние глубокого алого цвета облегало фигуру, подчёркивая каждый изгиб: высокую грудь, тонкую талию и такие манящие бёдра.
Один из молодых Саламандеров, тот что стоял сбоку от Кая, сглотнул. Да так громко, что в наступившей тишине это прозвучало как выстрел пробки игристого.
— Ничего себе… — прошептал он. — Это и есть наставник?