— Меня устраивают такие условия. Я согласен.
— Правильное решение, — улыбнулся Игнис и тут же завертел головой по сторонам. — Внучка!
Эмма как раз проносилась мимо с глиняной миской для монет, прижатой к животу, и затормозила так резко, что её косички подпрыгнули.
— Да, дедушка?
— Будь добра, попроси этих милых официанток принести нам ещё восемь кружек эля. Четыре мне, четыре твоему брату. Нам есть что отметить.
Эмма перевела взгляд на меня, я чуть кивнул, и она умчалась так быстро, что монеты зазвенели в миске.
По четыре кружки на каждого. Старик явно меня переоценил, хотя. Взглянул на Игниса. Нет, он точно понимал что мне хватит и одной, а остальные просто достанутся ему.
Я проводил сестрёнку взглядом, и тут мысль, зудевшая на задворках сознания весь вечер, наконец нашла момент что бы выбраться на свет.
Браслет. Ведь у Эммы полностью проснулась родословная, а значит…
— Игнис, — я придвинулся ближе и понизил голос до полушёпота. — Раз уж мы теперь учитель и ученик, есть кое-что ещё. У моей сестры пробудилась родословная нашего клана, полностью, на артефакте проверки горят все пять камней. А у Винтерскаев есть артефакт под названием «Око Предков», который способен чувствовать пробуждённую кровь наследников на расстоянии. Если они засекут Эмму, то придут за ней. Может быть, уже ищут. Есть ли способ скрыться от такого артефакта?
— Какой природы родословная? — спросил он коротко.
— Огонь. Пламя клана Винтерскай.
— Хм… Проще всего укрыться от следящих артефактов там, где сильна твоя стихия, — старик уставился в пустую тарелку, поглаживая бороду. — Огненная родословная? Значит, нужно место, где энергия этого элемента настолько плотная, что любой следящий артефакт захлебнётся в ней. Это будет то же самое, что пытаться разглядеть свет свечи в бушующем пожаре. Отправь сестру к Огневикам. У них есть природный источник, его будет достаточно, что бы укрыть твою сестру.
Огневики.
Я сжал кулак под столом и уставился на танцующее пламя свечи перед нами. Отправить Эмму куда-то далеко, от себя, от дома, да ещё после всего что она пережила… — От одной этой мысли что-то сжималось в груди.
Но если клан действительно начнёт искать, девятилетняя девочка с полностью пробуждённой родословной будет сиять для них поисковой меткой. Сколько им понадобится времени, что бы её найти?
Молли подошла с подносом, на котором громоздились восемь кружек эля, расплёскивая пену на бегу. Она поставила его на стол, улыбнулась нам обоим в своей озорной манере и ускакала обратно обслуживать следующий столик.
Игнис молча поднял кружку, а я следом поднял свою.
Мы чокнулись без тоста, потому что некоторые вещи в словах не нуждаются. Я сделал глоток, не торопясь, а Игнис тут же приговорил кружку в одно движение.
За соседними столами гудел ресторан. Музыканты расшевелились, заиграли что-то бойкое, и разговоры стали громче, как это бывает, когда хмель и сытная еда делают свое дело, и народ наконец расслабляется. Молли носилась между столами, браслеты позвякивали при каждом повороте, а Амелия двигалась в противоположном направлении с таким видом, будто просто гуляет по парку и случайно держит в руках поднос.
Я успел допить полкружки, когда в зале резко стихла музыка.
Стало тихо, как в храме перед молитвой. Причина обнаружилась сразу: Ларс поднялся из-за своего стола и стоял теперь посреди зала, сложив руки за спиной в той самой позе имперского чиновника, которая означала официальное заявление.
Единственной, кого всё это совершенно не интересовало, была Серена. Наставница Амелии сидела за столом Флоренсов, чуть отклонившись к Маргарет, и слушала старуху с таким вниманием, будто та рассказывала ей о конце света. Причём, судя по тому, как каменело её лицо, речь и впрямь шла о чём-то подобном.
М-да, интересно, что за представление сейчас начнётся?
Ларс откашлялся. Негромко, но с той особой чиновничьей отчётливостью, которая заменяет фанфары.
— По завершении Праздника Меры, — начал Ларс тоном человека, читающего устав, — Империя обязана зафиксировать все юридически значимые изменения в реестре. Вчерашний поединок между Ивом Винтерскаем и Виктором Винтерскаем проведён при свидетелях и соответствует всем требованиям закона. Итоги его признаны Империей действительными.
Я поставил кружку на стол. Игнис как ни в чём не бывало взялся за четвёртую.