— Давайте, — кивнул Марк, стараясь не показывать ни разочарования, ни интереса. Это была не цена, а тест. Тест на реальность.
— Паспортные данные нужны, — привычной, быстрой скороговоркой, будто отбарабанивая мантру, добавил приёмщик, протягивая через прилавок потрёпанный бланк.
Марка на секунду сковало острое, животное нежелание светиться, оставлять след в системе. Но делать было нечего. «Проще согласиться. Мелкая рыбешка, никому не интересная», — смирился он, заполняя форму разборчивым почерком. Он вышел на шумную, грязную улицу с парой хрустящих, ничтожных купюр в кармане. Деньги — копейки, добыча за целый день в другом мире. Но сам факт, что монеты были настоящими, материальными, а Паёк — теперь почти легальным, придавал его новому положению призрачную, но уверенность. Это был фундамент.
-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-
Вечером, расставляя по полкам холодильника аккуратные контейнеры с его «стратегическим запасом», он думал уже не о страхе или выживании, а о возможностях. О стратегии. Деньги, реальные, серьёзные деньги, нужно искать не в пыльных ломбардах, а там, где по-настоящему оценят его новые, уникальные умения. Там, где платят за силу. За преимущество.
И в этот самый момент, будто дождавшись его готовности, перед его внутренним взором, поверх вида на заставленный контейнерами холодильник, всплыло лаконичное, безэмоциональное системное сообщение, обрамлённое мягким синим свечением:
> Обнаружена стабильная аномалия в пределах доступности.
> Доступно ежедневное задание: [Исследование].
> Цель: обследовать территорию в радиусе 1 км от вашего местонахождения и найти разлом.
> Награда: 5 Осколков Системы.
> Принять? [Y/N]
Уголок губ Марка дрогнул в самой что ни на есть настоящей, уверенной улыбке. Не той, что от счастья, а той, что бывает у мастера, увидевшего перед собой готовый к работе инструмент.
«Отлично. Значит, пора на работу. На мою работу».
Глава 6 " Пассивный доход и активная угроза"
Мысленное «Да» было произнесено с той же рефлекторной лёгкостью, с какой он когда-то кивал, принимая очередной заказ на банкет в ресторане. Разница была лишь в том, что теперь заказчиком выступала безликая Система, а на кону стояла не репутация заведения, а целостность его шкуры и содержимого черепной коробки.
Пять осколков. Задача — найти. Звучало подозрительно просто, почти как развод. Слишком просто, если вспомнить его первый кровавый опыт в пещере гиблохов. Но сейчас он был не тем зелёным новичком, что шагнул в пустоту из любопытства и отчаяния. Теперь у него был план. Стратегия.
Первым делом — разведка без обязательств. Он решил не тащить с собой весь свой скудный арсенал, ограничившись парой метательных ножей в быстром доступе и верным охотничьим клинком на поясе. Паёк, почуяв в воздухе знакомую электрическую напряжённость сборов, тут же занял своё законное место на плече, всем видом — от подрагивающих усов до настороженно повёрнутых ушей — показывая полную боевую готовность.
Аномалия, как и предполагалось, находилась в паре минут неспешной ходьбы, в сторону унылой промзоны. Это был клочок земли, забытый богами и муниципальными службами, — заросшее бурьяном поле, испещрённое кривыми тропинками, свалкой строительного мусора и длинным, неказистым забором из серых бетонных плит, за которым угадывалось массивное здание с потускневшим гербом на фасаде.
Система вела его безошибочно, как собака на поводке. Он не видел стрелочки-указателя или голограммы — скорее, чувствовал лёгкое, едва уловимое, но настойчивое покалывание в висках, нараставшее по мере приближения к цели. Это было похоже на обоняние, только ориентировался он не на запах, а на саму ткань реальности, на её тончайшие разрывы. Его повышенная Мудрость работала, как высокоточный сейсмический датчик, улавливая вибрации иного мира.
Источником аномалии оказался старый дренажный коллектор, вплотную примыкавший к бетонному забору и почти полностью скрытый непролазными зарослями крапивы и лопуха. Ржавая железная решётка была сорвана с петель и валялась неподалёку, а из чёрного, словно глотка, зева тоннеля тянуло запахом сырости, плесени и… чем-то свежим, резким и странным, чем-то вроде озона после грозы, но с металлическим, чуждым привкусом. В воздухе над самым входом плясала лёгкая, маревая дымка, искажающая свет и очертания камней.