Марк автоматически проверил снаряжение: пара охотничьих ножей в ножнах на поясе, несколько метательных кинжальчиков в специальных пазах на груди, свёрнутое в пластиковом пакете разрешение, фляжка с ледяной водой. Всё, что нужно, чтобы провести в лесу несколько дней наедине с собой.
Да и лесом это место назвать было сложно. Скорее, большая роща. Невысокие берёзы, липы и тополя оставляли много простора, кустарники росли островками, не создавая непроходимых, мрачных зарослей. Но для его целей это место подходило идеально.
Вдохнув полной грудью свежий, смолистый воздух, Марк шагнул в это зелёное царство, оставляя за спиной шум и неудачи города.
***
Несколько часов спустя он уже крался по опушке, сливаясь с тенями, выслеживая зайца. «Где один, там и другие», — пронеслось в голове. Он двигался бесшумно, как призрак, стараясь не спугнуть зверька, методично обгладывавшего кору молодого деревца. В его движениях была та же плавная точность, что и на кухне.
«Разделать, замариновать с той душицей, что видел неподалёку, дать пропитаться и запечь на углях», — мысленно представил Марк, уже чувствуя вкус дымного, сочного мяса. Ужин обещал быть отменным. Он даже на мгновение позволил себе помечтать, как однажды, в своём ресторане, сможет передать гостям этот уникальный, дикий вкус, рождённый не на бездушной плите, а на живом, трескучем огне.
Негромкий, чёткий хруст сучка привлёк внимание Марка и зайца одновременно. Из-за соседнего куста выпрыгнул ещё один зверёк, более мелкий и юркий. «Зайчиха. Самка, мясо нежнее». Резкий, отработанный взмах рукой — и пара метательных кинжалов, сверкнув на солнце, молнией впилась в цель. Трогать старого, жилистого зайца Марк не стал, к чему это жёсткое мясо, когда есть такая дичь?
Его действия не остались незамеченными. Старый заяц метнулся прочь, а Марк медленно подошёл к зайчихе, наблюдая, как угасает жизнь в её тёмных, широко раскрытых глазах. Лёгкая тяжесть легла на сердце.
— Прости, подруга, — мысленно прошептал он, проводя ладонью по ещё тёплому боку. — Таков закон. Съешь или будь съеден.
Опытной, уверенной рукой он освежевал тушку, аккуратно отделил шкурку и выпотрошил её, стараясь не повредить желчный пузырь. Найдя поблизости пучок душицы и дикого лука, он тщательно натёр мясо, втирая в него крупную соль и размятые пальцами ароматные листья. Терпкий запах трав смешался со сладковатым духом свежей крови и влажной земли - древний, знакомый до мелочей ритуал.
Закончив, Марк подвесил тушку на высокой ветке, подальше от назойливых муравьёв. Взобравшись следом, чтобы надёжнее закрепить добычу, он с высоты бросил рассеянный взгляд на соседнюю поляну и замер, как вкопанный. Среди привычной, спокойной зелени пульсировало странное, неестественное свечение. Явление, которому здесь, в этом мире, просто не было места. Закончив с узлом, он без лишних раздумий спрыгнул вниз и направился проверить, что это за диковина.
***
Выйдя на поляну, Марк сразу увидел источник свечения. Провал. Портал. Название не имело значения, но он видел нечто подобное в играх своей юности — разрыв в самой ткани реальности. Аномалия обладала странным, почти физическим притяжением, словно беззвучно, но настойчиво взывая: «Войди».
Сохраняя ледяное, армейское спокойствие, Марк бесшумно, как тень, осмотрел поляну и ближайшие окрестности. Внешне всё казалось обычным, но это был обман. Трава у входа в провал была примята, а опытный взгляд бывшего солдата сразу выхватил подозрительный, неестественный бугорок у самого края.
Медленно приблизившись на корточках, Марк кончиком ножа поддел странную кочку. Под тонким слоем земли и опавших листьев оказался заточенный кол, покрытый липкой, отдающей гнилью слизью. Примитивная, но смертоносная ловушка. Установленная так, чтобы любой, кто поспешит шагнуть в портал, неминуемо наткнулся на него.
«Ага… Провал, ловушка, притоптанная трава… — в голове сложилась простая и безрадостная картина. — Если это то, о чём я думаю, то внутри явно не ждут гостей с распростёртыми объятиями».
Спокойствие, с которым он анализировал ситуацию, поразило даже его самого. Годы службы вбили в него железное правило: сначала убедись в отсутствии противника, оцени угрозу, потом задавай вопросы.
Вблизи провал оказался затянут переливающейся, будто масляная плёнка на воде, пеленой. Она мерцала, притягивая взгляд. «Интересно, а что, если…» — он осторожно, почти с научным любопытством, прикоснулся к ней подушечками пальцев.