«Авангард Света» ищет бойцов!
«Наша цель — очистить мир от скверны Системы! Вступай в ряды праведных! С нами сила Всемогущего!»
> [Око Шефа]: Религиозный фанатизм. Требует безоговорочного подчинения «догме». Потенциальный конфликт: ваш уникальный класс и навыки будут восприняты как «ересь» или «скверна». Риск принудительного «очищения».
Марк фыркнул, и звук этот был грубым и резким в тишине комнаты. Очистить мир от Системы, используя её же механику, её осколки и её интерфейсы? Идиотизм в квадрате. Он мысленно представил фанатиков в самодельных рясах, штурмующих аномалию с молитвами на устах, и содрогнулся. Нет, это был путь в могилу, причём крайне глупый.
Следующий.
«Вольный Молот» примет в ряды ремесленников!
«Только проверенные, вечные профессии: кузнецы, кожевники, инженеры. Докажи свой навык — займи своё место среди избранных! Стань частью нового Ренессанса!»
Он отправил запрос, указав свой класс «Шеф-Приручатель» и специализацию «Кулинария». В графе «Достижения» сухо перечислил: «[Энергетический батончик «Стриж»], [Леденцы «Солнечное сердце»]».
Ответ пришёл через две минуты, сухой и безличный, будто сгенерированный автоматом:
«Повар? Это не ремесло, это обслуживающий персонал. Гильдии «Вольный Молот» требуются мастера, кующие сталь и создающие основу нового мира, а не те, кто жарит котлеты. Рекомендуем обратиться в гильдии аграрного профиля или искать другую гильдию.»
Горькая, кривая усмешка вырвалась у Марка. «Обслуживающий персонал». Словно его [Леденцы «Солнечное сердце»], способные в бою спасти жизнь, дать сил поднять щит или убежать от погони, были чем-то менее ценным, чем заточка очередного меча. Эти люди не видели дальше собственного носа, зацикленные на примитивной силе удара.
«Серые Тени» предлагают контракты.
«Анонимность. Самостоятельность. Высокий процент с добычи. Выполняй заказы — получай оплату. Никаких лишних вопросов. Никакой лишней крови.»
> [Око Шефа]: Фасад для наёмников и воров. Структура напоминает «Время Старших» облегчённого образца. Риск: в любой момент могут «слить» заказчика или тебя самого за большую цену. Пункт «никакой лишней крови» является ложным. Вероятность выполнения заказов с летальным исходом для цели: 87%.»
Он откинулся на спинку кресла, которое жалобно затрещало. По спине пробежала знакомая дрожь бессилия, смешанная с яростью. Все эти гильдии, большие и малые, были похожи на стаи голодных пираний, каждая со своей зоной охоты.
Одни хотели солдата-фанатика, другие — ремесленника с «правильным», одобренным свыше навыком, третьи — наёмного инструмента, готового пачкать руки в обмен на осколки. Никто не видел в нём партнёра. Никто не предлагал союза равных. Никто не смотрел на синтез его способностей — кулинарии, приручения, анализа — как на нечто цельное и уникальное.
Паёк, почуяв напряжённые мысли хозяина, спрыгнул с системника и тронул его руку холодным носом, издав тихий, вопрошающий щелчок.
— Ни в одну клетку я не полезу, дружок, — тихо, почти шёпотом сказал Марк, проводя пальцами по тёплой шёрстке зверька. — Для них я — странность. Аномалия. Повар с боевым питомцем и клинком, насылающим ужас. Они не знают, куда меня деть, а значит, либо сломают, либо выбросят.
Он закрыл вкладку с форумом. Первый этап поисков завершился полным и безоговорочным провалом. Оставался еще один, последний, самый тёплый и, как он подозревал, самый безнадёжный вариант. «Хрустальный Щит». Люди, которые уже доказали свою адекватность. Но они скорее хорошие друзья, нежели перспективная гильдия.
Алтайская краевая библиотека, в простонародье «Шишковка» встретила его гулким эхом под сводами парадного входа. Воздух здесь был иным — прохладным, насыщенным вековой пылью с примесью древесного лака от массивных стеллажей и едва уловимого, сладковатого запаха старой бумаги. Тишина была не мёртвой, а звенящей, наполненной шелестом переворачиваемых страниц, приглушёнными шагами и сдержанным шёпотом. После удушающей атмосферы его квартиры и агрессивного хаоса леса это место казалось заповедником иного, почти забытого мира.
Марк прошёл между рядами, заставленными томами в потёртых переплётах. Его ботинки глухо стучали по паркету, и он невольно старался ступать тише. Паёк, сидевший на его плече, настороженно водил ушами-локаторами, улавливая непривычные акустические паттерны. Булка, трусившая рядом, прижималась к его ноге, её нос вздрагивал, анализируя тысячи новых запахов.