В свете фонаря, и, не смотря на ночь, у Бена получилось качественное видео.
Рыбачка прижимает похолодевшие пальцы к губам, и чувствует, как они дрожат. Кто посмел это сделать?! Кто?!
Под видео уже пять тысяч просмотров. То есть половина Ситки видео просмотрели.
В кадре появляется Люк с пистолетом. Выстрел.
Комментариев почти сотня.
«Люк, так это ты!»
«Уорд, мы тебя узнали!»
«Это все-таки он!»
И все в таком духе. Синтия подняла спешно глаза, вдруг ей показалось, что все на нее смотрят, что все знают.
Она пытается звонить Кё, что бы она удалила видео. Но сотовый Рорк недоступен. Она звонит Люку, с желанием предупредить, но он не берет трубку. Остин тоже. Что же делать?!
Девушка мечется, кусая губы, пару минут. Потом, приняв решение, стремительно разворачивается и спешит к дому Кауфмана, в надежде, что он там, и просто не слышит ее звонка.
Фрэнк
Рорк сегодня явился в участок. Он устал пить и заниматься самобичеванием. Он хотел работать, отвлечься хоть немного от дурных мыслей и занять свой мозг и руки, чем-то важным.
Поэтому, когда явился в здание полиции, его приветствовали друзья и коллеги, ободряющими похлопываниями по плечу.
Он и сам был рад вернуться. Правда, вид агента Уилсона за своим столом, несколько испортил впечатление.
Остин усмехнулся, и лишь пожал плечами в ответ. Все они трудились на благо Ситки, так что можно было и потесниться.
Оповещение пришло всем одновременно, кроме Пегги и Чарли Уилсона. У первой был простой телефон, что не поддерживал видео. А Уилсон, наверное, рожей не вышел.
Фрэнк садится на стул, возле своего стола и проверяет, что там такое важное и громкое. Вдруг оповещение о ЧС?
Запускает видео, и через мгновение понимает. И узнает свою дочь на видео. Его простреливает паникой, но вида не подает.
В надежде, что пришло только ему, поднимает глаза и оглядывает всех ребят. А они все – смотрят на него. Кто удивленно, кто сочувствующе, кто разочарованно.
В дверях своего кабинета появляется Остин, они смотрят друг на друга.
- Надо спасать пацана, - обретает голос первым Рорк, - пока зомби Стайлз не пришли в отель.
Ее пропаганда обретала опасный оборот. Так, к примеру, митингующие за свободу Маркуса, закидали дом Габриэль тухлыми помидорами и яйцами. Они не знали, что Фрэнк забрал оттуда свою дочь.
Так же Дойл Брикс жаловался в баре, что на их доме с пугающей регулярностью появляются очень не приятные надписи, а пару дней назад, кто-то выжег надпись огнем. Что-то типа: «Лживая сука!», и «Вонючая рыбачка». Остин предлагал им охрану, но потом решил, что будет опасно оставлять копов следить за Синтией, ведь тогда они могли увидеть их страстные встречи.
Если видео отправили всем, а количество просмотров как бы намекало, что из девяти тысяч населения, видео увидело пять. А это значит, что они могли и опоздать.
Чэлси
Благодаря стараниям агента Уилсона, Чэлси едва не отправили в Анкоридж. Но, вероятно, по настоянию Остина или быть может – Тома, она томилась в полицейском участке Ситки.
Ей выделили узкую шконку, в одной из пяти камер временного содержания. У нее не было никакой связи с сыном, или с Ньюманом. И ужас от осознания того, что ее сын, очевидно, вырос убийцей, все сильнее сковывал ее сознание.
Что она сделала не так?
Люк знал, где лежит пистолет, легко мог вскрыть сейф, использовать его и положить на место. Мог? Мог.
Никто в отеле не мог знать, что у нее есть пистолет.
Этот кольт принадлежал ее отцу, и лежал в этом проклятом сейфе с того момента, как он умер от рака. Чэлси не умела стрелять, да и не любил оружие.
И теперь это все.
Надо было продать его, вместе с остальными вещами отца.
Гулкие шаги в коридоре вернули Уорд в реальность. Она поднялась навстречу гостю, в надежде, что это Остин.
Но она ошиблась.
- Миссис Уорд?
Агент Уилсон, этот проклятый хоббит, показывается в сумраке коридора.
- Мисс, - исправляет она, скрестив руки под грудью.
- У меня для вас хорошая новость и плохая.
Из его уст, это звучало как две плохие новости.
- Так не томите, агент, - отвечает Чэлси.
Ей бы хотелось отрицать факт того, что его слова ее взволновали. И женщина всеми силами пытается казаться спокойнее, чем была на самом деле.
Чарли достает из кармана ключи и шагает к замку решетки Уорд.
- Хорошая новость в том, что мы вас отпускаем и снимаем с вас все обвинения, - говорит он, прокручивая ключ в замке, и открывая ее перед женщиной.
Вторую весть, «плохую» - она поняла и так.
- Где мой сын?
Вопрос получился громче, чем она хотела, а все внутри скрутило с такой силой, что она вполне реально ощутила боль от одной только мысли, что ждет Люка.
- Шериф и детектив Рорк поехали уже за ним, так что он скоро будет здесь.
Чэлси стремительно выходит из своей камеры, готовая бежать спасать своего сына немедленно, но агент перехватывает женскую руку в последний миг, с неожиданной силой.
- Чэлси.
Женщина удивленно оборачивается на непривлекательного коротышку, пытаясь понять, откуда столько силы в его щуплых руках, и столько невероятной уверенности в голосе.
- Не совершите глупость.
Уорд отдергивает руку, из хватки Уилсона и, не ответив, спешно покидает коридор. Она знает, что будет делать.
Люк
Парень лишился своего телефона в той истории с сортиром, и взамен купил себе нелепый кнопочный мобильник, с которым и ходил по сей день. Интернет не шибко был ему нужен, Люк все же предпочитал читать книжки на бумаге.
Поэтому, когда он обратил внимание на свой телефон, что стоял на беззвучном и буквально разрывался от звонков – немного напрягся.
Там было более пятидесяти пропущенных. Ото всех. Кроме Келе, правда.
Какого хрена?
Листая телефонную книгу, парнишка сходил в туалет и решил пойти перекусить в отельную столовую. Судя по запаху, сегодня давали что-то мясное.
Крики в холле, впрочем, насторожили его. Он даже перезвонить Синтии не успел. Люк спускается по лестнице и, перегнувшись через перила, выглядывает в холл.
А там творится такая дичь, что он выматерился неосознанно.
Лидия Стайлз, с толпой своих зомби, гребанная блудливая Жанна Д’Арк в борьбе за свободу Риверса, устроила настоящий бунт в холле, и охранники из последних сил сдерживали натиск.
Господи, благослови их! Аминь!
Люк не дурак. Люк знает, когда надо резво сматывать удочки и рвать когти. Что он и сделал. Кто-то обвинит его в паникерстве, но шкура своя вещь ценная и очень нужная. А Люк не хотел испытывать судьбу.
В два широких шага преодолев лестницу, он вбегает в свою комнату, и наспех натягивает свитер и куртку, обувается, прям на босу ногу и лезет в окно. Благо, у этой идиотки не хватило ума расставить вокруг отеля своих людей.
Блондинка, че с нее взять.