Потом сидит в кресле безмолвно и без движений, пока доктор Филлфоркс собирается домой, и то и дело поглядывает на девушку.
Синтия игнорировала ее взгляд, в котором сочилась жалость и сострадание.
Брикс сейчас вообще все игнорировала.
Она не поняла, как оказалась в доме Ньюманов. Не поняла, когда прошла ночь, и не поняла, как наступило утро.
Яркий солнечный свет ударил ей в лицо, сквозь шторы, что раздвинула горничная.
- Доброе утро, мисс Брикс, - приветствует девушка, - семья ждет вас к завтраку.
Синтия садится, и недоуменно смотрит по сторонам.
Вся тяжесть событий минувшего дня ложится на ее плечи.
Девушка падает вновь в подушки, укрывая лицо изгибом руки. Меньше всего ей хотелось сейчас с кем-то разговаривать.
Но она все же встает. Одевается. Аманда дала ей сменную одежду. Неловко одергивая цветное платье, она спускается вниз.
Оглядывает просторный холл, и, подметив край стола через дверной проем, следует туда.
Семья завтракает.
Будь она художником, который рисует картину происходящего, Синтия назвала бы то, что видит именно так.
Стол стоит в залитой светом комнате, в самом ее центре. Высокие панорамные окна зашторены легкими, белыми шторами до самого пола. Яркий солнечный свет освещает помещение, отражаясь от безупречно белых стен, и хромированных ножек стола.
Их столовая выдержана в стиле минимализм. Впрочем, минимализм сквозил не только в интерьере. Семья так же скупа была на эмоции.
Во главе стола сидел мэр Ньюман. На нем белоснежная рубашка, черные туфли. На колене, небрежно перекинута, лежит салфетка. Красный галстук уже туго обхватывает шею мужчины. Его мужественная красота в купе с чрезвычайной аккуратностью бросается в глаза.
Напротив Томаса сидит его супруга. Аманда будто сошедшая со страниц дамского журнала времен пятидесятых. На ней скромный костюм небесно-голубого цвета от «Шанель», нитка жемчуга на шее. Белокурые волосы собраны в строгую прическу. Она пьет кофе, листая новости в телефоне.
И Бен.
В чем он одет, Брикс не замечает.
Предатель.
- Синтия, - первой замечает гостью Аманда, и спешно поднимается девушке навстречу, приближается и приобняв ее за плечи, подводит к столу, пустующему стулу, - садись. Позавтракай с нами.
Синтия переставляет ноги, и смотрит на Бена.
«Посмотри на меня, - мысленно просит она, - Посмотри..»
Но Ньюман младший не смотрит. Намеренно отводит взгляд, игнорирует. Потом берет яблоко и молча выходит.
Никто на это не обращает внимания.
Иногда Брикс кажется, что все происходит не с ней.
Участвует только ее тело. Но реальность не ее.
Филлфоркс наливает девушке в стакан свежевыжатого сока, и подает.
- Вот, выпей. Я знаю, у тебя шок. Но ты должна взять себя в руки. И питаться. Не забывай кушать, слышишь?
Она слышит. Просто говорить не хочет.
Девушка прикладывает стакан к губам, и делает первый глоток. Цитрусовая кислота возвращает ей ощущение реальности.
Доктор Филлфоркс наблюдает за Синтией пару мгновений, когда звонит ее телефон. Кинув быстрый взгляд на него, женщина, всплеснув руками, оббегает стол и берет трубку в руку.
- Все, мне пора. Привезли туриста с переломом, - так же быстро, Аманда побегает к Тому и слегка касается губами его шеи, после, обратившись к Синтии, говорит, - Ты можешь остаться у нас, пока в городе все не успокоиться. Наш дом под охраной, а тебе она не помешает. Хорошо?
Брикс смотрит на доктора, и кивает.
Аманда могла бы быть прекрасной матерью. Такой, которой у Синтии никогда не было.
- Вот и прекрасно, - Филлфоркс улыбается широко, своей по-детски озорной улыбкой, и спешно покидает столовую, прижав трезвонящий телефон к уху.
Рыжая медленно ставит стакан на стол. Аппетита у нее нет. Вся еда пахнет и выглядит прекрасно. Но ее тошнит. Есть не хочется.
- Ужасная трагедия.
Только сейчас Синтия понимает, что она не одна. И игнорирующий ее до этого мгновения мэр Ньюман, вдруг решил поговорить.
Девушка поворачивается к нему, и сталкивается со странным взглядом. Никогда прежде она не видела у мэра Ньюмана такого взгляда. И он очень походил на тот, каким на нее смотрел Остин.