- Пошел ты! – Остин взвинчен, и не пытается это скрыть, - Сам разгребай свое дерьмо. Я пас.
Тома это удивило. Он вскинул брови.
- Ты это серьезно?
- Совершенно. Ты ведь понимаешь, что убив Чэлси, окончательно сжег все мосты? Что нам теперь делать?
Ньюман усмехается. Кажется, он не воспринимает слова Остина всерьез.
- Маркуса посадили, Джастин убит, Чэлси мертва, Тим сбежал. Если заговорит Синтия – нам всем крышка, ты ведь понимаешь?
- Ты хотел сказать, тебе крышка, кузен.
Кауфман вдруг сжимает руку в кулак и бьет Ньюмана в лицо. Тот удивленно отшатывается, и чувствует, как сочится кровь в уголке его губы. Касается ранки аккуратно сначала языком, потом пальцем.
Смотрит на Остина.
- Ну, как хочешь, братец. Дело твое.
Ньюман остается стоять у трупа, а Остин решительно разворачивается и уходит.
Том снова тяжело вздыхает и говорит:
- Видишь, детка, никто нам не хочет помогать, - подходит к Чэлси и снова гладит ее по волосам, - Придется нам с тобой думать самим.
Ньюман раздумывает пару минут, потом уходит из кабинета. Отсутствует не долго, возвращается с шубой Чэлси, закутывает ее и, подхватив женщину на руки, спешно выходит с ней из кабинета.
Его шаги, и вкрадчивый тон еще долго раздается в коридоре.
Аманда остается совершенно одна. В голове все еще прокручивает картинку того, как Томас нашептывает успокаивающие слова трупу.
Тихо, очень тихо, женщина выбирается из шкафа, и на онемевших ногах подползает к окну, смотрит, как Том укладывает Чэлси в ее шубе в багажник, и только тогда пытается встать на ноги и добраться до туалета.
Справив нужду, Аманда жадно пьет из-под крана, и лишь только после этого спешно покидает кабинет мужа. Все двери здания плотно заперты, и женщине приходится выбираться через окно туалета.
Глава 26. Синтия
Дом Ньюманов утопает в темноте. Свет горит только в гостиной, где сидит Синтия. Она расположилась на диване, накинув на ноги теплый плед, и бездумно листает новостную ленту. Ее как будто парализовало. В основном душевно.
Она не чувствовала боли от утраты. Обиды от предательства. Брезгливости от домогательств. И благодарности за заботу. Ничего. Пустота.
Возможно, выйти на улицу, и позволить им избить ее или еще лучше – убить, было бы неплохим вариантом.
Шелест шагов отвлекает от света дисплея. Девушка поворачивается к дверному проему.
Там стоит Бен.
Впервые, за сутки, что она здесь, он смотрит прямо ей в лицо. Синтия понимает, сейчас он сообщит ей что-то ужасное. Об этом говорила решимость на лице парня.
Ньюман обходит диван, и садится, напротив, на низкий журнальный столик. Брикс следит за каждым его шагом.
Бен вздыхает и как то смущенно улыбается.
- Не знаю с чего начать, - говорит он, наконец.
Синтия блокирует телефон и кладет его рядом. Помогать ему она не собирается. Сам придумал слить видео, и теперь Люка могут посадить очень и очень надолго. Из-за его глупого поступка. Хотя, конечно, все они одинаково виноваты.
- Объясни, зачем ты сделал это?
Ньюман смотрит на Брикс пару секунд, в этот миг ужасно похожий на своего отца, и опускает глаза. Девушка снова улавливает смущение, но не верит этому.
Он молчит некоторое время, после чего говорит:
- Из-за тебя.
Синтия конечно, не была готова к такому повороту событий и недоверчиво хмурит брови.
- Слил видео из-за меня? – уточняет она на всякий случай, отчаянно желая понять, почему так вышло.
Может они, просто не поняли друг друга?
Парнишка мучительно протирает лицо рукой, зачесывая свои локоны со лба, и кивает.
Рыбачка все еще не понимала, но он продолжал.
- Ты, скорее всего, возненавидишь меня, после того, что я тебе сейчас скажу.
Синтия подумала, что вряд ли сможет ненавидеть его еще больше, но ничего не сказала.