Среди снегов и холмов, показался домик Тома. Они заехали вод двор, и открыв ворота гаража – в недра дома.
Слова Чэлси не произвели на Тома должного впечатления, и он снова помрачнел, источая свою черную, негативную ауру, и угрожая испортить им выходные. Приметив это, Чэлси спешно выбралась из машины, и пока мэр Ньюман включал в доме отопление, начала раздеваться. Оставшись лишь в шубке и меховых угах, женщина расположилась на капоте его машины, в непристойной позе, устроив Томасу сюрприз.
Мужчина, при виде данной картины, криво улыбнулся, и двинулся к ней, принимая приглашение и стягивая зубами перчатки с рук.
Высокий, поджарый. Он был гуда красивее своего кузена – шерифа, обладая более правильными чертами лица, подтянутым стройным телом. И Чэлси тащилась от его рук, которыми он пользовался очень умело. Сначала она отвлекала его возле машины. Потом на лестнице.
К моменту, когда они добрались до камина, еда, взятая с собой, окончательно остыла.
Любовники расположились на меховой шкуре у камина, откуда открывался роскошный вид на заснеженный пик через панорамные окна.
Челси лежала на груди Томаса, и смотрела на него. Мужчина провел нежно рукой по ее скуле, стирая смазанную помаду с припухших губ. И снова ощутил эрекцию.
- Что ты делаешь со мной, ведьма, - спрашивает он тихо, невольно любуясь переливами огня в ее волосах, похотью, что плескалась в глазах, и горячим податливым телом.
Мгновение, и Ньюман уже подмял ее под себя, вновь начиная сексуальный марафон. Чэлси запрокидывает голову от наслаждения, и сладостно вздыхает. Но ее стон заглушает грохот, что эхом прокатывается по склону.
Том замирает в ней и смотрит в окно. Чэлси приподнимается на локтях, и тоже оглядывается на горы.
- Лавина? – хрипло уточняет она, и тянется испуганно к полотенцу, что небрежно валялось не далеко от них.
Том кивает и встает, не заботясь о прикрытии, подходят к окнам и взволнованно смотрит на горы. Чэлси присоединяется к нему, прикрывшись полотенцем, и вглядывается в темноту склонов.
Очередной раскатистый звук, и любовники, наконец, видят скатывающуюся по склонам снежную волну. Женщина взволнованно отступает от окон.
- Не волнуйся, - лениво замечает Томас, приобнимая ее за талию, - Мы в стороне. Она идет вниз, в заповедник.
Чэлси хочется расслабиться, но не получается. Она напряжена. Можно назвать это и седьмым чувством, конечно. Но внутри женщины прокатилась волна страха.
Аманда
- Он снова уехал… в командировку, - голос блондинки предательски дрогнул.
Все знали, о какой именно «командировке» идет речь, и Аманда, и ее сестра – Дженифер. Последняя сидела за баром, потягивая из высокого бокала игристое.
- Знаю его эти командировки, - фыркнула Джен, - Крепкий зад и глубокий рот.
Аманда нахмурилась, и длинная морщинка пролегла меж ее бровей. Кукольное миловидное лицо женщины, которая уже разменяла четвертый десяток, выглядело изможденным. Красные заплаканные глаза давно утратили привычный радостный блеск, а мелкие смешливые морщинки вокруг глаз сменились мешками от постоянных слез.
- Я попросила пастора внести в городскую мессу проповедь о блуде и грехе… - попыталась Аманда немного сбить воинственный настрой сестры.
Но Джен была прожженной. В отличие от сестры, она курила, пила, материлась и вела беспорядочную половую жизнь. Чем чертовски гордилась.
- Я бы на твоем месте не к пастору ходила, а подкараулила эту сучку и вырвала ей все патлы, - в привычной ей манере, заявила сестра, мстительно улыбаясь.
У Джен были явные задатки лидера, она приехала в Ситку к сестре, не по большой сестринской любви, а сбегая из большого города, где промышляла съемками в фильмах для взрослых в период мрачного безденежья. Потом закрутила роман с каким-то политиком, которому, разумеется, не пошел на пользу подобный мезальянс. И выторговав себе приличное содержание, Дженифер перебралась в Ситку, где купила себе во владение единственную в городе заправочную станцию. Так что, была обречена на успех. Бизнеса Джен практически не касалась, всем занимались друзья и знакомые Аманды, а Джен лишь пыталась потратить свое содержание и доходы. Но в Ситке и это было довольно-таки проблематично. Поэтому бывшая звезда порно искала себе другие развлечения. Например, личная жизнь сестры.
Аманда опускает глаза и отпивает из своего бокала. Измены Тома больно ранили ее всякий раз в самое сердце. Казалось, у нее внутри уже не осталось ничего живого, только выжженная пустыня.
- Сегодня Мегги видела, как он заправлялся, - вторглась в тихую грусть Аманды, сестра, - И поехал в горы, вместо аэропорта.
Удар напалмом в остатки живого. Мэнди прижимает руку к лицу, опираясь локтем на столешницу, спеша скрыть навернувшиеся слезы.
- В наш дом в горах?