- Шериф, - кивает девушка, выдавливая улыбку, - вы меня напугали.
- Да? Я вроде не страшный, - пытается пошутить он.
Синтия смущенно отводит глаза.
- Просто задумалась…
Шериф продолжает ехать раздражающе медленно, как бы сопровождая ее в сгущающихся сумерках на пустынной дороге.
- О своей подруге Тине? – с кривой усмешкой замечает Кауфман.
Брикс не понравился ни его тон, ни упоминания о Бэрримор. Девушка вскинулась, от смущения не осталось и следа. Она разозлилась на него. И зачем он это говорит? Пытается намекнуть ей на их общий секрет? Остин понимает, что она знает чуть больше, чем он? В этом суть?
- Или о ее друге Чаде? – шериф достает козырь столь внезапно и сокрушительно, что у Брикс буквально дух выбивает.
Ее обдает ледяной волной, от которой буквально подгибаются колени.
Она смотрит долгим взглядом на Остина, и нехотя выдавливает из себя:
- Не понимаю, о чем вы…
- Садитесь в машину, Синтия. Нам есть о чем поговорить, - тон Остина незримо меняется, из шутливо приятного, он становится ледяным, не терпящим возражений, подавляющим.
Брикс растерянно замирает, совершенно не понимая, что ей делать. Самым явным и острым желанием, было броситься бежать. Но она понимала, Остин знает достаточно, и ей не сбежать. Слово шерифа, против ее слова.
Мужчина, увидев колебания девушки, кривит губы в улыбке.
- Синтия, не будем тратить время. Мне не хочется стоять тут весь вечер и ждать вашего решения. Или за вами и вашими друзьями прислать сразу наряд?
Брикс меняется в лице, вдруг осознавая все масштабы бедствия. Вопрос ведь не только в ней, но и в Ке, Люке и Бене.
Девушка тяжело переступает через сугроб на обочине и хватается за ручку двери, пока Кауфман лениво и отстраненно отводит взгляд, словно бы она ему докучает, и не он сам к ней подкатил.
Синтия тяжело забирается в машину, и все еще крепко удерживает в своих руках бумажный пакет с продуктами. Остин смотрит на нее косо, и машина медленно катится вперед, сквозь сгущающиеся сумерки. В салоне царит тяжелая тишина, но Синтия не спешит ее разряжать, и когда они проезжюет поворот к ее дому, Брикс занервничала.
- Куда вы меня везете?
- Почти приехали, - словно бы ожидая ее вопроса, отвечает Кауфман мгновенно, и спустя пару минут, останавливает машину на небольшом съезде, утопающем в лесу.
Синтия вдруг понимает, что ситуация складывается как-то … не правильно. Он не везет ее в участок, не задает вопросов, он.. в руке шерифа мелькает что-то, что Синтия даже рассмотреть не успевает. Острая игла вонзается в шею школьницы, и ее сознание меркнет мгновенно. Руки расслабляются, и пакет падает в ноги, рассыпая содержимое по салону.
Фрэнк
Праздничная суета сошла на нет, и пришла пора возвращаться в рабочие будни. Когда она пришел в участок, его уже ждали результаты экспертизы из Джуно. Да, волосы и кровь на балке под сценой принадлежали Мэри. Значит ее ударил кто-то о нее, сразу после выступления. Но как увели?
Записи с камер наблюдения показывали, что Джастин Риверс помогал диджею с установкой музыки, и как раз после выступления Мэри, вместе со своим братом уносил от сцены большой кофр от колонки, который поставил в фургончик, с логотипом школы.
Как ни странно, все веревочки вели в образовательное учреждение Ситки. На запрос директору Оливеру о проверке фургона, тот дал согласие без проблем. Эксперты проверили его и кофры от колонок, но увы, ничего не нашли. Все было девственно чистым, словно бы все почистили. И это было крайне подозрительно.
И наконец, дневник Мэри. Его содержание в телефоне Люка, не могло быть полноценной уликой, так как оригинал дневника им найти не удалось. Ни дома у Мэри, ни в ее шкафчике. Возможно разговор с Люком прольет свет на происходящее?
Парнишка сидел напротив Фрэнка, рядом с матерью. Как всегда, эффектная Чэлси, с безупречной прической и макияжем, словно бы явилась на званый ужин. На ней строгий брючный костюм, цвета слоновой кости. Женщина держала сына за руку, словно ему пять лет и малышу собираются сделать болючий укол.
- Итак, Люк… - Рорк поднимает тяжелый взгляд на Уорда, - Где ты был во время Рождественской ярмарки?
Фото в его телефоне как раз были сделаны в тот роковой вечер. Так что, ему придется постараться, что бы придумать себе достойное алиби.
Парнишка нервничал. И достаточно плохо это скрывал.
- Я был на ярмарке… но потом, мне пришлось уйти, - Люк опустил глаза виновато, явно что-то не желая рассказывать.
- Почему?
- Ну… я оказался вовлеченным в конфликт, - парнишка как-то странно улыбнулся, хмыкнул, - с Лехтоненами.
Фрэнк нахмурился. Этого еще не хватало.
- Что еще за конфликт?
И тогда Люк поведал о своей оплошности с дочкой лесника, едва не заставив Рорка рассмеяться. Но он сдержал смех, все же испытывая симпатию к Уорду. Так что делать строгое лицо следователя было достаточно сложно.
- И куда же ты пошел?