Норман
Именитый кардиохирург, вот уже две недели скрывается в прибрежном мотеле, не желая показываться на глаза своей уже теперь бывшей невесте.
Удивительно, как сильно его ранила измена Габриэль. Он даже представить себе не мог, что настолько прикипел к ней.
Первую неделю он просто пил, почти не ел. Допился до обморока, и, выйдя из него, понял, что пробыл в отключке почти шестнадцать часов. И ведь никто не спохватиться его. Официально он все еще в Канаде, на конференции.
Кольцо, что он купил Габриэль, стояло на прикроватной тумбочке в темно-синей бархатной коробочке. Как напоминание о том, что не стоит доверять. Никому.
На второй неделе он решил, что надо действовать. Взял в прокат машину, черный внедорожник, как у большинства жителей Ситки, и начал следить за невестой, пытаясь понять всю черноту ее души. Как часто она наведывается к своему косматому йети?
К его удивлению, они не встречались больше двух недель, но переписку их проверить он не мог. Но это вопрос времени. Норман уже обратился к своему приятелю из Нью-Йорка, который считался хорошим специалистом в сфере компьютерных технологий. И оставалось только ждать.
Норман сидел у роскошного дома Донован в своей машине. Вел слежку, как и последние пару дней. Уже стемнело, и зажглись фонари. Он видел ее сквозь окна дома, и думал уже уезжать, как вдруг приметил машину Рорка.
Ржавый пикап, кряхтя и стреляя, катился по дороге, в сторону дома Габи. Впрочем, Норман довольно часто видел машину Фрэнка рядом с их домом. Но заходить тот не решался. Это забавляло Саттерна. Особенно после того, что он видел.
Ситуация была сложной.
Логически он понимал, что они практически родные люди. Семья и брак столько лет, общий ребенок. Да и случайная интимная связь для них, как прийти домой. Но тогда получается, что он здесь гость?
Норман устал анализировать. Он устал.
Пикап Фрэнка останавливается возле дома Габи, но вместо того что бы выйти, Рорк кому-то звонит. Саттерн наблюдает за ним из своего укрытия.
Ему не нравилось чувствовать себя чужим в жизни любимой женщины. Но и мешать чужому счастью он тоже не хотел. Почему Габриэль не позвонила ему и не рассказала о том, что случилось между ними с Фрэнком? Это предательство.
Когда Норман впервые увидел Габриэль, он подумал, что для дыры вроде Ситка, она была слишком утонченной. Это было два года назад. Кузен Фрэнка устроил вечеринку в честь своего дня рождения, он тоже работает в их больнице, ведет терапевтический прием. И в числе приглашенных оказалась и его бывшая невестка. А вот самого Рорка как раз не было, он уезжал из города. Возможно, если бы Саттерн увидел их в тот вечер вместе, он бы понял, что Габи не свободна. Душой.
Но она была одна. В нежно-голубом свитере из какой-то мягкой шерсти. Нежная и невесомая. Норман заговорил с ней, и был очарован. Спорстменка, и учительница. Не хотелось признаваться, но Габриэль казалась ему идеальной. Он ухаживал за ней красиво, и очень осторожно. Габи была раненной, разочарованной в жизни. И Саттерн собирался стать ее вторым шансом, лекарством от всех бед.
Но проклятый йети заканчивает разговор по телефону, смотрит на него пару минут, потом на дом бывшей жены, и наконец, выходит из машины. Очевидно, решившись.
Руки Нормана крепче сжимают руль, он мрачно следит в зеркало заднего вида, понимая, что вероятно в этот самый миг проиграл бой за ее сердце.
Странно, когда от тебя не зависит практически ничего.
Фрэнк
Попытка Рорка сбежать и напиться с Остином, успехом не увенчалась, тот оказался занят. Закончив разговор, мужчина обнаружил себя вновь возле дома Габриэль. Почему, интересно, он всякий раз оказывается тут?
Увидев женский силуэт в окне, Рорк ощущает тоску. Он жутко соскучился. Флешбэки их страстного соития на столе яркими вспышками проносятся перед его глазами, и мужчина понимает, тянуть больше нельзя!
Он решительно выходит из машины и идет к дому. Но с каждым шагом его решимость таяла, и уже на пороге бывшей жены, грозный детектив нерешительно замирает.
Словно ощутив его присутствие, она распахивает двери, едва он поднимает руку, что бы постучать.
- Фрэнк!
В тоне женщины столько облегчения, что Рорк невольно начал млеть от удовольствия, но встретив взгляд Габи, спешно взял себя в руки.
- Келе трубку не берет! Должна была вернуться еще час назад! Я не знаю, что мне делать! Я обзвонила всех ее друзей, но никто не берет трубки! А телефон Синтии вообще недоступен! Что-то случилось!
Договорив свою речь, она вдруг понимает, что он приехал в ее дом, хотя Габи его не приглашала, в глазах мелькает паника.
- Что-то случилось?! – тонкие пальцы женщины ложатся на лацканы его куртки, сжимая их в требовании немедленно ее успокоить.
Рорк тяжело захлопывает за собой двери и качает головой отрицательно.
- Нет, в городе спокойно, - он понял, что она спрашивала его именно как полицейского, поэтому и ответил как представитель закона.
Спокойствием, происходящее в Ситке назвать было сложно. Проституция, исчезновения, секреты. Все как-то… не радужно.
- Я уверен, она придет с минуты на минуты, - успокаивающе говорит Фрэнк, изучая ухоженное лицо Габриэль, - Может, предложишь мне пока чаю? Если она не явится в течение получаса, я по рации объявлю ее в розыск.
От мысли, что с Ке могло что-то случиться, тугой ком ужаса нервно зашевелился в его душе. Но показывать это Габриэль он уж точно не собирался.
Женщина спешно кивает на его просьбу и ведет Фрэнка на кухню, включает свет, и спешно отводит глаза от кухонного стола.
Но делать вид, что его тут нет довольно сложно, он занимает половину комнаты.
Рорк, впрочем, вполне справляется с этим. Входит, занимая собой все пространство, снимает куртку, кидает ее на один из стульев, садится на другой, и упирает взгляд в напряженную спину бывшей.
Спустя несколько мгновений тяжелого молчания, пока Габи наполняла чайник и ставила его на огонь, Фрэнк, наконец, проговорил:
- Может, обсудим?
Донован заметно напряглась, и качнула головой.
- Что обсудим?
Фрэнк многозначительно поглаживает поверхность стола. Габи вспыхивает, но продолжает делать вид, что чай куда важнее разговора. Достает и расставляет чашки, добавляет сахар.
- Или продолжишь делать вид, что ничего не было? – вдруг осеняет Фрэнка, и женщина вскидывает, наконец, взгляд на бывшего мужа.
Она не говорит, но он понимает. Да, она и дальше будет делать вид, что ничего не произошло. Это ранит Фрэнка. Теперь пришла его очередь отводить взгляд. Вот так значит.
Он не достоин, вероятно. Элитный кардиохирург куда лучше него, конечно. И богаче, и моложе, и симпатичнее.
Рорк хотел было, высказать ей все, что думает, но не успел. С грохотом распахнулась входная дверь, и глазам родителей предстало их чадо.
Пьяная, растрепанная, вся в налипшему снегу, со смазанной помадой.
- Келе! – Фрэнк и Габриэль окликают ее практически одновременно, словно бы взывая к совести дочери подростка.
- Мам…пап… – Кё пьяно улыбается родителям.