И снова чертова проницательность отца, которая порой ставила ее в тупик. И что она тут может сказать?
- Люк рассказал мне, что они пытались сделать с тобой, - продолжает он, и делает паузу, - Риверсы.
Ке молчит, и понимает, что это ее молчание, закапывает ее еще глубже.
- Пап, я бы никогда не… - и тут она вспоминает, что сломала нос Маркусу, что все на вечеринке видели, как Риверсы утащили ее наверх, и как Бен и остальные оттаскивали его от нее.
Он считает собственную дочь убийцей?
Фрэнк тяжело вздыхает, улавливая сомнения в ее недосказанной фразу и попрощавшись, кладет трубку, еще раз напомнив, что скоро приедет.
Ке еще сидит на окне, пытаясь понять, как ей быть дальше, и осознает, что ее сигарета истлела до фильтра.
Рорк спешно ее тушит и выкидывает в окно. Краем глаза замечает следы на снегу, которых не было минут назад. Они вели от кромки леса, дугой обходя Габриэль, и уходили в сторону гаража, где стояла ее машина.
Так же, из гаража вела дверь в дом.
Ке немного хмурится, и плотно прикрывает окно. Мама никогда не закрывала гараж, готовая в любой момент ехать. Словно бы от ее мобильности зависела чья-то жизнь.
Да и в Ситке уровень безопасности был достаточно высок, чтобы не запираться среди бела дня.
Скрип ступени.
Да, у них в доме, на третьей ступеньке всегда скрипит половица. Но кто там?
В два прыжка девчонка подскакивает к двери и закрывает щеколду замка. Ее поставили так давно, что Ке очень сомневалась, что она выдержит малейший напор.
Рорк отходит от двери и оглядывается через окно во двор. Габриэль все еще там, чистит снег.
Кто мог забраться в их дом? Вряд ли это отец, его шаги ни с чем не спутаешь.
Люк?
Очень скоро, узкая полоска света под дверью разбавляется тенью от чьих-то ног. Дверная ручка мягко двигается, вгоняя в панику девчонку. Там правда кто-то есть!
Ке тяжело дышит, совершенно не зная, что ей делать. Растерялась. Стоит и ждет, смотрит на двери во все глаза.
- Я знаю, что ты тут, - слышится едва уловимый шепот из-за двери, - Сука.
Девчонка угадывает голос Маркуса и паника отпускает ее. Он настолько обнаглел, что пришел в ее дом. В ее комнату?
- Знаю, где ты живешь, и какой улицей ходишь, - он уже не шептал, говорил зло, буквально выплевывая слова, - Сейчас я спущусь и убью твою мать. Хочешь посмотреть?
Тень от двери отходит, и Рорк вновь слышит шаги, скрип лестницы.
Девчонка немеет, ее парализует на мгновение. Она словно в своем детском кошмаре. Габриэль внизу и ничего не знает!
Первое желание – звонить отцу. Но некогда. Маркус уже спускался, и он может легко исполнить обещанное, если она не поторопится.
Девчонка выходит из оцепенения, и кидается к двери, непослушными пальцами сдвигая защелку, распахивает двери и вырывается на лестничную площадку.
Тут абсолютная тишина и полумрак. Ке вдруг понимает – что если это просто ловушка? Что бы выманить ее из комнаты? Маркус насильник, но не убийца.
Рорк запоздало озирается и примечает горшок с фиалкой. Ничего лучше рядом нет, она хватает его и спешит по лестнице вниз.
Маркус поджидал ее внизу.
Его хватка из темноты становится неожиданной для Ке, хотя она готовилась к нападению. Рука Маркуса сжимает шею девушки в удушающем приеме, словно бы он хочет удавить ее прямо здесь, после чего резко дергает в сторону, сбивая с ног с минимальными затратами для себя.
Падая, Келе швыряет в Маркуса горшок фиалок, и попадает. Но не в голову, как планировала, а в плечо. Обожженная глина сосуда раскалывается, орошая землей тело парня, и идеально чистый пол Габриэль.
Риверс стонет от боли и наваливается на девчонку, прижимая ее к полу, садится сверху, зажимая ее горло. Он точно хочет ее задушить! И тут уже дело принципа. Не иначе.
Рорк дергается, пытается вырваться, но он такой тяжелый! Его колени с силой прижимают ее руки к полу, буквально вдавливая в ковровое покрытие. Горло девчонки сдавлено так сильно, что через несколько мгновений борьбы, она понимает – всё.
Сознание растекается, реальность теряет четкость, плавно размывается. Перед тем, как потерять сознание, она слышит, как распахивается входная дверь.