– Мудрее, – прервала его Таня, – Ха-ха-ха! Ну это вообще умора!
– Ну-ну, – снисходительно закивал таракан.
– А не хотите ли, мудрецы усатые, дихлофосу? – язвительно зашипела Таня.
– Свобода или смерть! – заорала тараканья толпа.
Главный таракан, снова замахав лапками, успокоил скандирующих и повернулся к Тане:
– Не советую. Поверьте, всех не вытравите. Нас много, очень много, мы умеем объединяться против общего врага, в отличии от вас, людей. А потому, идя на жесткие, я бы сказал, бесчеловечные меры, будьте готовы к соответствующему ответу.
– Ты мне угрожаешь, козявка!? – вскипела Таня, нагибаясь за тапком. Но тапка не было. В суматохе революционных волнений, она забыла обуть тапочки. Возможно, этот несущественный, на первый взгляд, факт станет ещё одним поворотным пунктом в истории цивилизаций, когда, на смену взаимного непонимания и агрессии пришел диалог.
– Татьяна, Татьяна, я вас призываю к спокойствию, – примирительно зачастил таракан, – Ведь мы с вами, разумные существа, и, в конце концов, всегда сможем договориться.
– Ладно, – снизошла Татьяна, – излагай.
– Итак, – заговорил главный революционер, взобравшись на спичечный коробок, – мы ведь не требуем от вас ничего непосильного и антиморального.
– Уже легче, – съязвила снова Татьяна.
Таракан пропустил язву мимо усов и продолжил:
– Все что мы требуем – это лишь небольшие изменения в ваших привычках и образе жизни во имя создания атмосферы наиболее благоприятной для сосуществования.
– А именно? – заинтересовалась Татьяна.
– Определимся сразу, что все наши притязания ограничиваются лишь территорий вашей кухни, – продолжил таракан, – именно здесь мы убедительно просим вас, нет, даже не создавать, а лишь не уничтожать родную для нас среду обитания. Ну что вам стоит, в конце концов, оставить невымытой посуду на день-два. Не спешите тереть после ужина стол, вы его скоро до дыр протрете. Путь останутся там те хлебные крошки! Поверьте, мы сами о них позаботимся. Уменьшите частоту ваших приборок хотя бы в трое! Ведь это какая прибавка вам к свободному времени, вы сможете посмотреть сериал, почитать книгу, вместо того чтобы бесконечно убирать, убирать, убирать. А мы, тем самым, решаем свою проблему климатической и социальной катастрофы. Наши дети, наконец, будут накормлены! Мы вернемся к привычному и комфортному для нас образу жизни, искоренив, тем самым, напряженность в обществе.
Таня сидела раскрыв рот. Ну, чего греха таить, чистоту она блюла пуще своей невинности. Не то что грязи, нет, пылинки она не терпела в своей квартире. Вот сядет, бывало, в уютное кресло перед телевизором, укутается в плед, и тут – Опа! Соринка на ковре. Летит к чертям плед и вот уже тащит Таня за хобот, упирающийся и задолбаный пылесос, и тычет его рылом в мусор. И это ей эти водомерки сухопутные предлагают ЕРЕСЬ! Не мыть посуду два дня! Глаза у Тани стали наливаться красным.
– Значит я должна устроить в СВОЕЙ квартире бедлам? – зашипела она, угрожающе поднимаясь из-за стола.
Революционные массы дружно сделали глубокий вдох и затаили дыхание, медленно пятясь назад.
– Та-та-та… Татьяна, а вас прошу… – Заволновался предводитель всех угнетенных, затем, быстро взяв себя в лапы, как то и подобает настоящему лидеру, продолжил: – Вы же лингвист, откуда вы набрались слов таких – «бедлам». И как, простите, можно назвать то, что вы, люди, творите со всей планетой?
– Во-о-он отсюда!!! – заорала Таня, и бросилась вперед на ощупь, ибо глаза застилал кровавый туман.
Вокруг загремели взрывы, в голову прилетело тяжело и гулко, мир потух. Ненадолго.
Пришла в себя Таня сидя на полу, среди рассыпанных кастрюлек и ковшиков, на лбу красовалась шишка – привет от подвесного шкафчика. Это был полный провал переговоров, и, хоть до откровенного кровопролития пока не дошло, ближайшее будущее уже окрашивалось в цвета революционных зарниц, ибо ситуация сложилась весьма простая и предельно ясная: НИЗЫ – НЕ ХОТЯТ, А ВЕРХИ НЕ МОГУТ.
Выход
Мир ликовал. Рейтинги, расплодившихся как мокриц в сыром подвале, шоу, на которых эксперты многочисленных эфемерных, но невероятно авторитетных среди профессионалов широкого профиля, ассоциаций, союзов и народных институтов, аргументировано и с огоньком впаривали населению истинные знания о вреде мяса и пользе генно-модифицированной сои со вкусом бекона, разом рухнули ниже плинтуса.