— Этого-то мне как раз и не хочется.
Они долго, не моргая, смотрели друг на друга, пока Слэйд наконец не выдохнул:
— Упрямица, каких свет не видывал.
Она невольно улыбнулась.
— Хотя бы в этом отличилась.
Что-то изменилось в его глазах. Они стали бездонно-голубыми, гипнотическими, когда он наклонился к ней и нежно провел пальцем по щеке.
— Помни мои слова, Эмили — в следующий раз тебе придется просить.
Она помнила — и их последний поцелуй, и свою реакцию. И невольно выпрямилась.
— Я поговорю завтра с Марком и постараюсь что-нибудь изменить.
— Лучше не говорить, а делать, — посоветовал Слэйд.
— Буду иметь в виду. — Эмили встала и направилась к лестнице.
— Ты кое-что забыла.
Она обернулась, уверенная, что он хочет обнять ее…
Но он протягивал кружку с молоком.
— Может, лучше будешь спать, если выпьешь.
Ей спалось бы лучше, если бы удалось избавиться от мыслей о Слэйде Коулберне. Она взяла кружку, пробормотала «спокойной ночи» и пошла наверх.
Наутро Слэйд проснулся рано. Эмили уже встала и суетилась на кухне с удвоенной энергией, идущей, как полагал Слэйд, скорее от решимости, чем от хорошего сна. Она явно что-то задумала, но что именно — ему не догадаться. Чертовски глупо было навязывать поцелуй такой упрямице. Может, ему теперь вообще не удастся поцеловаться с ней. Эта мысль огорчила Слэйда, но он отмахнулся от нее и пошел кормить лошадей.
Когда он вернулся, Эмили ставила завтрак на стол — яичницу, обжаренный картофель, тосты. Она позвала Марка и, когда тот спустился в пижаме, потирая сонные глаза, весело улыбнулась ему и увлекла беседой, или, по крайней мере, попыталась увлечь. Доедая яичницу, Марк уже рассказывал ей об индюшке, которую смастерил на уроке труда.
— Осталось всего несколько дней до Дня благодарения, — заметила Эмили. — Нужно позаботиться о жареной индейке.
— И тебе хочется брать на себя такие хлопоты? — только и спросил Слэйд.
Взглянув на Марка, она кивнула.
— Это же День благодарения.
Для него не было ничего особенного в Дне благодарения, как и в большинстве праздников. Просто еще один день, когда Слэйд чувствовал, что он ничей. Поиски сведений о брате в архивах оказались безрезультатными, и Слэйд решил поместить объявления в крупных газетах — от Чикаго до Лос-Анджелеса. Он опасался возлагать на это особые надежды, но хотелось попробовать предпринять что-то самому, прежде чем обратиться к частному сыщику.
— Почему бы тебе не составить список? — предложил он. — Мы с Марком поедем в город и купим все, что надо, а потом будем все вместе готовить индейку. Верно, Марк?
У Марка был несколько огорошенный вид.
— Я могу покрошить хлеб для начинки.
Эмили улыбнулась и отпила сок. Из гостиной раздался крик Аманды.
У Марка вытянулось лицо. Но Эмили не кинулась хватать дочь на руки.
— Почему бы тебе не показать мне твою индюшку и письменные работы в классе за прошлую неделю? — обратилась она к сыну. — Я посмотрю их, пока буду кормить Аманду.
Марк казался озадаченным.
— Правда?
Поднявшись, Эмили подошла к его стулу и обняла мальчика.
— Правда. Принеси их в гостиную.
Слэйд встретился с ней взглядом. Не желая ее смущать, он тоже поднялся.
— Занимайтесь своим делом, а я тут все перемою, а потом пойду в амбар.
Она улыбнулась, и Слэйду показалось, что сердце у него перевернулось в груди.
Час спустя он увидел подъехавший новенький грузовичок с коротким кузовом. Его серебристая отделка сверкала на солнце. Из грузовичка вышла пожилая пара, вслед за ними выпрыгнул молодой парень — высокий, в коричневой шляпе с широкими полями и в замшевой куртке с бахромой. Все трое направились к дому. Сгорая от любопытства, Слэйд быстро разбросал в хлеву свежую солому и пошел в дом.
В гостиной он застал всех, кроме Марка. Женщина с короткими кудряшками на голове, в которых пробивалась седина, держала на руках Аманду. Ее муж, грубоватые черты лица которого смягчала широкая улыбка, сидел рядом и с нежностью глядел на ребенка. Но внимание Слэйда привлек тот, что помоложе. У него были каштановые волосы и зеленые глаза, и он стоял как-то слишком близко к Эмили, поглаживая ей руку.
Слэйд громко кашлянул и в упор посмотрел на Эмили.
Из взгляды встретились, и она на миг замешкалась. Стоявший рядом с ней мужчина и пожилая чета тоже посмотрели на Слэйда.
У Эмили щеки залились нежным румянцем.
— Слэйд, это Мэйвис и Род О'Нейл и их сын Даллас. Позвольте вам представить Слэйда Коулберна. Он… я наняла его помочь на ранчо.
Даллас нахмурился.