Спешить ему некуда, впереди выходные! Теплая квартира в спальном микрорайоне города давала ощущение покоя и уюта. В достаточной мере бронированные двери на входе в подъезд и квартиру обеспечивали безопасность, а заполненный продуктами холодильник - надежду на то, что медитацию надолго прерывать не придется.
Но даже к этой маленькой победе Генри шел очень долго. Как показала практика, советы многочисленных «гуру» на самом деле оказались откровенным враньем. С каждой новой попыткой у парня складывалось такое впечатление, что медитации на свежем воздухе пресекала сама природа. Беруши, ставшие находкой для начинающего практика, помогли заглушить и пенье птиц, и шум машин, и даже крики людей. Действительно, урезанное восприятие позволило сконцентрироваться на медитации, но только до поры до времени.
Следующие этапы испытаний чередовались в произвольном порядке, сменяя друг друга. Порывы ветра, неожиданные осадки и бесчисленные назойливые насекомые не способствовали процессу медитации. От брошенных малолетними хулиганами петард, казалось, могут спасти только надежные железобетонные стены и перекрытия. Но даже сняв квартиру в монолитной высотке на берегу реки, вдали от индустриальных районов, спокойно медитировать парню не позволили соседи.
Тучной соседке срочно понадобилась соль, поэтому она вжимала кнопку звонка до тех пор, пока в нем не разрядилась батарейка. Но на этом назойливая старушка штурм двери не прекратила. Она принялась тарабанить в дверь, аргументируя тем, что видела, как молодой человек входил в арендованную квартиру. Спустя несколько минут стук прекратился, но даже сквозь закрытую дверь слышались жалобные требования вызвать скорую умирающему человеку. Генри держался из последних сил, но медитацию не прекращал.
Гулким эхом в квартире разнеслись удары по бронированной двери, не позволяя сконцентрироваться. Пьяный мужской голос требовал штопор, грозя снести дверь, если ему немедленно не откроют. Спустя какое-то время, к штурму присоединился и второй сосед, с которым Генри, как оказалось, вместе подымался в лифте. Маленький, толстенький обладатель блестящей лысины и запотевших огромных очков в роговой оправе, хлопком подтяжек брюк создав облачко цементной пыли, авторитетно заявил, что в арендованной квартире никого нет. Стряхивая мелкое крошево с рукавов рубашки, оставшиеся после сверления стены, на протесты выпившего соседа и доводы наблюдательной соседки он выдвинул свои неоспоримые факты.
- Обратите внимание на счетчик электроэнергии, - запыленный указательный палец тридцатилетнего толстяка указывал на электрощит на площадке. – Включен, скорее всего, только холодильник!
- Я уже и на улицу бегала смотреть, - сообщила о результатах своего наблюдения неуемная соседка, - в его окнах темно!
- Может он это, - предположил подвыпивший сосед, - накатил стакан водки, да спит? Я бы тоже так поступил, но сегодня не один… У вас штопора нет?
- Сереженка, на третьем десятке лет пора уже свой иметь! – упрекнула старуха, скрываясь за своей дверью.
- А сама то? – пробурчал он в закрытую дверь. Переведя умоляющий взгляд на соседа попросил: - Жека, будь другом, одолжи штопор, а?
- Серега, я бы с радостью, но у меня же ремонт! – отступая спиной к своей двери, промямлил сосед. – В квартире - черт ногу сломит. Где его искать? – но Сергей, будучи вдвое выше Евгения и шире его в плечах, преградил тому путь к отступлению, нависнув над ним. Неизвестно, как бы развивались события на лестничной площадке дальше, но Женя, сунув руки в карманы своих брюк, обнаружил там выкрученный в ходе ремонта шуруп, длиной с мизинец. Ржавого шурупа было жалко, но отдавать новый штопор, наверняка безвозвратно, было жалко еще больше. Поддавшись порыву щедрости, толстячок протянул подношение соседу.
- Держи! Ты мужик рукастый, открыть бутылку сможешь! – подвыпивший громила застыл на миг, разглядывая подарок, чем воспользовался Евгений, неожиданно ловко прошмыгнув к своей двери, из проема которой уже выглядывала его молодая жена.
- Типа спасибо? – держа шуруп в одной руке, Серега другой чесал свой затылок.
- Можешь не отдавать! – великодушно разрешил Евгений, скрываясь за дверью.
Может быть при иных обстоятельствах Генри и поделился бы солью с соседкой и штопором с соседом, но только не сегодня. Эта квартира была снята им на трое суток не для знакомства с соседями, а для уединенной медитации. Этой ночью начиналось полнолуние.