Пришла важная информацию о том, что некоторые демоны и инфералы научились создавать сильные электромагнитные импульсы, выводившие из строя технику. Броня пехоты и боевые машины оставались невосприимчивыми к подобным воздействиям, а вот дроны сыпались с неба обугленными тушками, затрудняя корректировку огня и не давая получать актуальную информацию о ходе боёв.
-Чёртовы предатели, -выругался Горазд. -Сами твари никогда бы не догадались сбивать беспилотники электромагнитными всплесками. Это вы их научили!
Временное спокойствие на их участке закончилось.
Со стороны леса показалось множество быстро приближающихся точек. Дроны показывали бегущих оборотней в боевой трансформации. Навскидку где-то около сотни. Не так много, как Горазд опасался, но и не так мало, как он надеялся.
-Приготовиться к открытию огня, -приказал он артиллерийскому комплексу и двум другим мизгирям. Сам в этом время принялся выполнять собственный приказ управляя электромагнитной пушкой. Такое уж в мизгирях разделение. Второй пилот - водитель. Первый пилот стрелок, командир и выполняет все остальные функции.
Внезапно передаваемая с дронов телеметрия пропала. Сразу, со всех пяти. Система проинформировала о регистрации сильных электромагнитных возмущений. Сделанная по военным стандартам боевая техника с честью выдержала электромагнитный удар. Самоорганизующиеся сети мгновенно залатали образовавшиеся прорехи в общем информационном пространстве его отделения. Самоходные мины, спрятавшиеся под землю и включившие режим маскировки, тоже выжили. А вот лёгких дронов смело с неба с лёгкостью прилива, уносящего мелкие камешки с берега на глубину.
-Огонь по последним полученным координатам, -приказал Горазд.
Пушки мизгирей выплюнули длинную очередь снарядов. Сзади прогрохотала самоходная артиллерийская установка. Между лесом и городскими стенами взвились в воздух фонтаны выброшенной взрывами земли.
-Скорее, наблюдателей на стены, -отдал приказ Горазд ругая себя последними словами за то, что не догадался выставить их заранее. Ведь получил же информацию, что демоны научились сбивать дронов электромагнитным штормом, но выводов не сделал.
Один из пехотинцев торопливо забрался на гребень стены, кроша хрупкий камень. Полученная с его брони телеметрия позволила сделать ещё один прицельный залп выкосивший не меньше десятка оборотней, но чей-то точный выстрел из тяжёлой винтовки, точно ударом невидимой кувалды в руках великана, сбросил наблюдателя со стены. Закованное в тяжёлый металл тело с размаху упало на мостовую, но тут же начало шевелиться показывая, что боец ранен, но отнюдь не убит.
Руководствуясь какими-то своими соображениями, артиллеристы выстрелили ещё раз, практически вслепую. Султаны взрывов поднялись практически сразу за крепостными стенами. А затем первая волна оборотней достигла города… чтобы только подорваться на почуявших цель самоходных минах. Вверх взлетели оторванные конечности толщиной с немалых размеров каменную колонну. Дикий рёв перекрыл грохот разрывов. И затем началось то, что малоопытный Алексей мог бы описать как «форменный ад», а прошедший кровопролитные сражения ещё первой войны вторжения Горазд характеризовал бы как «неприятная работа, когда младший состав закрывает ошибки дурака-командира, не сумевшего удержать противника на дальней дистанции». Только вот в данном случае этим дураком-командиром был никто иной, как он сам. Но мог ли кто другой сделать лучше, чем он?
Первого выпрыгнувшего из-за стены оборотня Горазд встретил прямым попаданием из главного калибра. Короткая очередь всего из двух снарядов разорвала тушу огромного зверя и отбросила остатки назад. После такого тот точно не сможет восстановится. Сложно регенерировать, когда голова у тебя летит в одну сторону, задница в другую, а того что должно находиться между ними и вовсе нет, только клочки шерсти и плотная кровавая взвесь.
Второго нападавшего Горазд сумел причесать из тяжёлых пулемётов практически в упор. Зверя это не убило, но изрядно замедлило. Антон с лёгкостью вскрыл ревущее от непривычной боли тело парой полуметровых мономолекулряных клинков, выдвинувшихся на концах двух передних манипуляторов.
Сражение превратилось в свалку. Отдавать какие-то приказы было не просто бесполезно, а, пожалуй, ещё и вредно. Некий элемент упорядоченности в хаосе превратившегося в собачью схватку боя вносила одна система, выдавая каждому из бойцов индивидуальные подсказки, вместе складывающиеся в общий рисунок сражения.