— Звучит очень похоже на вашу философию, Валлус, — заметил Телдин.
Эльфийский волшебник странно побледнел. — Значит, вы никогда не путешествовали по звездам?
— Разве я это подразумевала? — невинно спросила Рейвен. — Я не собиралась этого делать.
— Мне сказали, что вы просили о проезде на Радол, — прервал его Телдин, возвращаясь к вопросу, который больше всего его беспокоил. — Это правда?
— Не особенно, — ответила она. — Я хотела приключений, и меня не особенно заботило место назначения. Я была достаточно счастлива, узнав, что корабль-лебедь направляется на Радол. Там есть эльфийское поселение, которое могло бы пригодиться для наемного меча. Она похлопала по ремню наплечной сбруи, на которой висел ее широкий меч.
— Радол — спокойное место, — холодно сказал Валлус. — У вас есть какие-либо основания полагать, что там скоро может быть иначе?
Лунный эльф пожала плечами. — Даже в самом спокойном мире время от времени случаются битвы в тавернах.
— Но вы привыкли к гораздо большим конфликтам, — мягко сказал Валлус.
И снова Рейвен долго смотрела в глаза эльфийскому волшебнику, а затем окинула мостик плутоватым взглядом. — Я привыкла ко всему большему, — весело ответила она. — Без обид, но этот корабль не такой вместительный, как некоторые.
— Значит, вы уже путешествовали по звездам.
— О, мы снова запели эту песню, не так ли? — сказала лунный эльф с едкой сладостью. Она бросила на Телдина косой взгляд из-под полуприкрытых век. — Настойчивый парень, не так ли? — спросила она уголком рта.
Телдин усмехнулся и почувствовал теплоту к эльфийской женщине, несмотря на свои томительные сомнения. — Можно и так сказать, — вмешался он, складывая руки на груди и готовясь насладиться спаррингом.
— Я был бы признателен за ответ, — продолжил Валлус.
— Я уверена, что вы его получите, — сказала она в манере человека, потакающего маленькому и неразумному ребенку. — Очень хорошо, я уже путешествовала по звездам раньше.
Эльфийский волшебник отвел взгляд, глубоко потрясенный. После минутного молчания он резко поднялся. — У меня есть обязанности в другом месте. Если вы извините меня, капитан? Он сбежал с мостика, не дожидаясь ответа Телдина.
— Хм. Какой он настойчивый и нервный,— криво заметила Рейвен. — Скажите мне, он всегда такой?
— Ну, нет... Телдин сделал паузу, чувствуя, что должен извиниться за эльфийского волшебника.
— Неважно, — заметила Рейвен, как будто разгадала намерения Телдина. Она взяла его за руку и одарила товарищеской улыбкой. — Есть ли где-нибудь на этом корабле место, где я могу получить кружку эля?
Внезапно Телдин почувствовал, что сам немного хочет пить. — В столовой, я думаю. Я уверен, что вы сможете очаровать Рослума с помощью пары кружек.
На прекрасном лице эльфийки промелькнуло отвращение. — Очаровать аперуза? Она отпустила руку Телдина и слегка вздрогнула. — Мне понадобится больше, чем пара кружек, прежде чем я подумаю об этом.
Ее сардонический тон вызвал у Телдина взрыв удивленного смеха. Красота эльфийки была настолько утонченной, что ее остроумие стало еще более неожиданным. Что больше всего привлекало его, так это ее прямота. В этом она очень напоминала ему Элфреда Сильверхорна.
— Пошли, — внезапно сказал он. — Я реквизировал бутылку полынной настойки, если вы не возражаете зайти ко мне в каюту выпить. Боюсь, у нее вкус, к которому нужно привыкнуть, — добавил он несколько неубедительно, немного запинаясь под пристальным, веселым взглядом Рейвен.
— Сагекорс! Я уже привыкла к этому вкусу. Озорной блеск зажег необычные глаза эльфийки, и она снова взяла Телдина за руку. — Ведите, капитан.
Глава одиннадцатая
Сначала стук казался частью сна. Телдин был на Кринне, погонщиком мулов в Войне Копий, тащился навстречу очередной битве и задыхался от пыли, поднятой лигой солдат, идущей перед ним. Он просыпался медленно, мучительно, и его первым наблюдением при пробуждении было то, что во рту у него было так же сухо, как на той дороге на Кринне. Он смутно припомнил возможное объяснение своего состояния. Он нащупал бутылку полынной настойки, которая была полна накануне вечером, и опрокинул ее. Одинокая дымчатая капля упала на пол. Странно. Он не помнил, чтобы пил так много. Рейвен пила в два раза больше.
Стук продолжался, более настойчивый. Прежде чем Телдин успел ответить, дверь его каюты распахнулась с такой силой, что ударилась о стену каюты. Телдин поморщился и схватился за виски, слабо глядя на Валлуса Лифбовера.
— Рейвен Стормвокер должна немедленно покинуть корабль-лебедь, — заявил Валлус без предисловий.
Телдин глупо моргнул, пытаясь найти какой-то смысл в заявлении эльфа. Сделав это, он взвесил бутылку в руке, коротко, но серьезно подумав о том, чтобы швырнуть ее в оккупанта. — Хорошо, я играю в это, — устало сказал он. — Почему она должна покинуть корабль?
Явно взволнованный, Валлус запустил обе руки в свои серебристые волосы. — Это не повод для шуток. Вы понятия не имеете, кто она такая. Она опасна, и если она останется на борту, то может уничтожить нас всех.
В онемевшем мозгу Телдина промелькнуло воспоминание, образ чешуйчатой, черной как ночь головы, которую он видел отраженной в лице эльфийской женщины. — Кто она такая? — осторожно спросил он.
Будучи эльфом, Валлус не ответил на вопрос прямо. Он начал рассеянно расхаживать по комнате, и по выражению его лица было ясно, что он тщательно взвешивает свои следующие слова. От вида волшебника у Телдина закружилась голова, поэтому он закрыл глаза и откинулся на койку. Со вздохом смирения он ждал, когда развернется последняя эльфийская сага.
— Существует легенда Торила, с тех времен, когда человечество было еще молодым, когда его города и цивилизации существовали только в далеком будущем. Некая волшебная страна, группа населенных островов, была осаждена союзом злых драконов. Эти существа нападали не только на эльфов, фей и животных, но и на добрых драконов. Вскоре лишь горстка волшебных сказочных драконов все еще дышала, и даже могущественным серебряным драконам, казалось, было суждено последовать за ними в вымирание.
— Затем эльфийский воин, искатель приключений по имени Рейвен Стормвокер, собрала армию из отдаленных эльфийских королевств. Она была свирепым бойцом, мастером лука и палаша, и обладала сверхъестественной способностью сплачивать свои войска. Под ее знаменем появилось множество рас, включая хороших и даже нейтральных драконов. Злые драконы были изгнаны с острова, но Рейвен Стормвокер была тяжело ранена в последней битве. Ее унес золотой дракон, с которым она подружилась, и оттуда она перешла в фольклор. Больше ее не видели, и хотя ходили слухи и легенды, никто не узнал, каков был ее истинный конец.
Телдин помассировал ноющие виски. — Точнее, — взмолился он.
— Рейвен Стормвокер была лунным эльфом исключительной красоты, — продолжил Валлус, будто не слышал этого человека. — Ее черные как ночь волосы были заплетены в косы, которые ниспадали до колен. Однако самой поразительной ее чертой были разные глаза. Один был золотой, другой серебряный. Я полагаю, добрые драконы сочли это благоприятным предзнаменованием. Валлус сделал паузу, чтобы до Телдина дошел смысл сказанного. — Это противоречит эльфийской культуре — называть кого-то в честь героя или исторической личности. У меня есть все основания полагать, что существует только одна Рейвен Стормвокер.
Телдин осторожно открыл глаза. — Подождите минутку. Вы думаете, что ваша Рейвен Стормвокер и моя — одно и то же?
— Она уже ваша, так что ли? — резко спросил Валлус.
Телдин взмахнул рукой в неопределенном, беспомощном жесте. — Просто фигура речи, вот и все.
— Я надеюсь на это, — задумчиво произнес Валлус, выглядя глубоко встревоженным. Он мрачно посмотрел на Телдина. — В моей истории есть еще кое-что, и это становится все более тревожным. Вы заметили, что драконы чуть ли не преклоняют перед ней колени, и с какой упорной настойчивостью аперуза преследует ее? Вы бы видели, как она критиковала жаркое в столовой. Почти все без исключения члены экипажа ею восхищены.