Она замолчала. Её глаза пустым бессмысленным взглядом смотрели куда-то вдаль. Я прижал Одди к себе и, впитывая дрожь её тела, думал. Я знал, что значит потерять близких. Понимал, что слова сейчас будут лишними. Я тихонько взял её ладонь и начал нежно гладить, не проронив ни звука.
— Знаешь, Вик, а я бы, пожалуй, попробовала, — неожиданно прервала молчание Одди.
— Чего?
— Ну, пожить там… у твоего Дедушки. Наверное, такая жизнь более правильная. Особенно для него… — загадочно улыбаясь, она посмотрела на свой живот и положила на него мою руку.
— Что… что ты хочешь сказать? — выпучил я глаза, не веря в догадку. — У нас будет ребёнок? Да?
Она кивнула и смущённо потупила глаза.
— Угу, на моё Око уже пришло поздравление… Ты знаешь, я это специально сделала… Не из-за бонусов, конечно. Я решила, что должен появиться человечек, в котором будешь и ты, и я…
— Одди-и-и! Я люблю-у-у тебя-а-а!
Точно безумный, я схватил её на руки. У меня как будто выросли крылья. Казалось, что оставив далеко внизу цветочную поляну, мы парили, кружась в сказочном танце, где-то высоко в небесной лазури, среди трепещущих облаков.
— Мы ведь не отдадим его, правда? — осторожно спросила Одди, внимательно посмотрев мне в глаза.
Глава 24
До самого отбоя мы спорили, сомневаясь, имеем ли право ради любви предать Корпорацию. И всё же мы решились и назначили побег на следующий вторник. Не в силах заснуть, я всю ночь вертелся, придумывая, как выдать наше исчезновение за несчастный случай, чтобы нас не искали.
Днём по тревоге отряд собрали на плацу в полной боевой амуниции. Перед строем появился мидкоммандер Эклунд.
— Кадеты! — говорил офицер. — Через месяц вы из птенцов превратитесь в истинных Корпов. Совсем скоро вам предстоит участвовать в самых настоящих боях. Сегодня у вас будет возможность отправиться на необычную экскурсию. Вы побываете в действующей боевой части и проведёте там три дня.
Восторженный гул одобрения пробежал по строю.
— Понимаю вашу радость, — усмехнулся Эклунд. — Об участии в бою речь, естественно, не идет, но вы увидите, как живут солдаты в полевых условиях, сможете почувствовать себя в шкурах Корпов, чтобы, попав из тепличной среды на передовую, не разбежаться, как трусливые зайцы… Блэйз, через пятнадцать минут Вепри должны быть в фарнолёте. Борт номер сорок семь.
— Есть, сэр!
Я оглядел отряд. Казалось, предвкушение нового приключения дало ребятам заряд энергии, и они были готовы ринуться в любую, даже самую опасную битву. Улыбнувшись, я скомандовал:
— Вепри-и! Вперё-од!
Уже ближе к ночи мы добрались до воинской части. Она пряталась среди деревьев на самой границе леса. Кроме казарм для солдат и офицеров, столовой, медицинского пункта и ещё дюжины каких-то вспомогательных построек, я здесь ничего не заметил. Купол здания для нашего временного размещения развернули прямо у пищеблока.
Отряд ещё не успели разложить вещи, как прозвучала команда:
— Строиться! Через минуту все должны стоять на улице!
Побросав вещи, мы сорвались выполнять приказ. Перед строем прохаживался сурового вида Корп, то и дело кидающий на нас недоверчивые взгляды.
— Меня зовут сержант Ласкарис. Пока вы здесь, я для вас и отец, и Бог. Малейшее неповиновение — и вы снова сможете называть себя Стратерами. Никакой самодеятельности. Любые передвижения по части только с моего разрешения. Это всем понятно?! — рявкнул хмурый вояка.
— Так точно, сэр!
Со стороны дороги за спиной сержанта мне послышался еле различимый шорох, будто позёмка закружила камешки на дороге. Я присмотрелся и заметил лёгкое искажение пространства, похожее на колебание раскалённого воздуха в пустыне.
«Боевые рашеры с активированным Хамелеоном?»
— Разрешите вопрос, сэр? — спросил кто-то из кадетов.
— Да.
— Сэр, а почему бронетехника покидает часть?
— Смотри-ка, какие глазастые… Может, ещё назовёте количество единиц?