— Похоже, внутри станции сохранился воздух! — удивленно заметил Скайт.
— Это было бы хорошо, — ответил Дерк, присев на сиденье мотоцикла.
Через десять минут упорных трудов дверь шлюза открылась на пять сантиметров, а Скайт Уорнер тяжело дышал и отдувался. Стекло его скафандра изнутри запотело. Он все чаще останавливался, чтобы перевести дух.
— У меня есть предложение, — глядя на мучения друга, произнес Дерк. Давай используем аккумулятор одного из мотоциклов для электропривода двери шлюза, и тогда тебе не надо будет так мучиться.
Скайт застонал и отцепил от штыря гаечный ключ.
— Что же ты раньше не сделал это предложение? Я тут, как дурак, мучаюсь.
— Ты моего мнения не спрашивал, — заметил Дерк.
Скайт убрал гаечный ключ и достал кабель, один конец которого подсоединил к клеммам на корпусе своего мотоцикла, а другой к контактам на приборном щитке управления шлюзом. Дерк нажал кнопку, и многотонная дверь стала плавно отъезжать в сторону, открывая прямоугольную камеру самого шлюза, в противоположном конце которой располагалась точно такая же стальная дверь, как и снаружи.
Друзья завели в шлюз мотоциклы, и зашли сами. Скайт подсоединил провода к контактам внутри камеры, а Дерк нажал другую кнопку. Внешняя дверь стала закрываться.
Когда внешняя дверь полностью закрылась, Скайт почувствовал, как материя его скафандра перестала надуваться из-за внутреннего давления. Движения стали свободными.
— Дерк, похоже, давление воздуха на станции в норме?
— Похоже на то, — согласился Дерк. Через какое-то мгновение внутренняя дверь открылась, пропуская пришельцев вовнутрь.
Выйдя из шлюзовой камеры, Скайт с Дерком оказались в абсолютно темном просторном зале, из которого в разных направлениях уходило несколько широких тоннелей. В лучах света от мотоциклетных фар были видны проложенные по стенам кабели и трубы, потухшие фонари, приборные панели, на которых не горел ни один индикатор и не светилась ни одна из шкал. Все было покрыто слоем серой многолетней пыли.
Скайт достал из сумки индикатор химического состава атмосферы и проверил окружающий воздух.
— В норме, — сообщил он. — Можно снять скафандры. Раскрыв зажимы, он первым снял шлем и осторожно вдохнул в себя холодный воздух заброшенной станции. Воздух был свежим и не имел никакого запаха. Было холодно. При дыхании изо рта вырывалось облачко пара.
— Вполне прилично для заброшенной станции, — сделал вывод Дерк Улиткинс и стал снимать скафандр. — У меня аж мурашки по спине бегают от одной мысли, что скоро увижу сокровища Браена Глума.
— А не от страха у тебя мурашки бегают?
— С какой стати?
— Сокровища обычно охраняют злые демоны и духи, — заметил Скайт. — Ты же хорошо знаешь истории о бесследно исчезнувших звездолетах. Через многие годы такие корабли иногда находят. И те, кто побывал на таком корабле, говорят, что иногда видят призраки умерших членов экипажа и слышат их голоса, а иногда они рассказывают еще более страшные вещи. Ты слышал истории про звездолеты-призраки и космонавтов-вампиров? Сдается мне, что эта станция очень подходит для таких тварей из потустороннего мира.
— Если ты пытаешься меня напугать, Скайт, то у тебя это хорошо получается.
— Нет, что ты, я не хотел тебя пугать. У меня и в мыслях не было ничего подобного. Мне и самому не хочется встречаться с привидением Браена Глума, но вот с Дрекслером встреча нам гарантирована.
— По мне лучше встретиться с живым Дрекслером, чем с мертвым Браеном Глумом.
— Полностью с тобой согласен.
Аккуратно сложив скафандры, приятели оставили их на полу в шлюзовой камере, затем забрались на сиденья своих мотоциклов. Многолетнюю тишину, царившую вокруг, нарушил мерный рокот двигателей. Автоматический бластер «Спешэл Коммандос» Скайт положил на руль мотоцикла таким образом, чтобы в любой момент бластер был под рукой. Лучи фар скользнули по стенам зала и провалились в черноту уходящего в глубь станции тоннеля. Монотонные серые стены тоннеля с гирляндами проводов, труб и лампами потухших светильников потянулись навстречу. Через каждые пятьдесят—сто метров от главного тоннеля в стороны отходили боковые проходы. Гул от мотоциклов, отражаясь от стен тоннеля, давил на уши, так как это был единственный шум во всей громаде заброшенной станции.
Через десять минут движения тоннель привел в зал. Посередине пустого помещения с уходящими в разные стороны черными дырами тоннелей на полу лежал киборг. Уродливое подобие человека, похожий на обглоданный ржавчиной металлический скелет с потухшими окулярами стеклянных глаз, уставившихся во мрак покинутой станции. У киборга не было видно никаких внешних повреждений. Казалось, что у него вдруг кончилась энергия, словно кто-то выдернул штепсель из розетки. Электронный мозг робота перестал функционировать, и он рухнул на том самом месте, где и стоял.
Не останавливаясь, приятели миновали зал и двинулись дальше по тоннелю, ведущему к центру. Здесь по пути им встретился еще один киборг, лежащий точно в такой же позе, что и первый.
И вдруг впереди вспыхнула одинокая лампа аварийного освещения. Это случилось так неожиданно, что произвело действие, как если бы в тишине станции раздался выстрел.
— Что случилось, откуда свет? — услышал Скайт тихий, напряженный голос Дерка у себя в переговорном устройстве.
— Кто-то включил аварийную систему питания станции, — предположил Скайт. Скорее всего это сделал Дрекслер — больше некому.
Загорелась вторая лампа, затем третья, и вскоре лампы, убыстряясь, стали загораться одна за другой, приближаясь из глубины станции, словно очередь трассирующих пуль. В их тусклом свете обозначились гигантские размеры исполинского сооружения, до этого плохо различимые при свете фар мотоциклов: уходящие в разные стороны ходы и коридоры, исчезающие в глубине, просторные помещения со множеством дверей и лежащие во всех уголках внезапно обездвиженные киборги.
Центр станции находился уже недалеко, и Скайт прибавил скорость. Дерк не отставал. Через несколько минут их мотоциклы въехали в широкий тоннель, по которому могли пройти одновременно несколько железнодорожных составов. Тоннель загибался в стороны наподобие подковы, охватывая центральное ядро станции, стены которого были сделаны из толстенного серого металла. Огромные ворота, ведущие внутрь, были открыты. В пыли на полу перед входом отчетливо были видны свежие следы. Скайт остановил мотоцикл за несколько метров от раскрытых ворот и снял «Спешэл Коммандос» с предохранителя:
— Твои опасения, Дерк, что мы опоздаем, не оправдались — вечеринка только начинается.
— Интересно, Дрекслер ожидает нашего прихода? — поинтересовался Дерк Улиткинс и извлек бластер из кобуры.
— Не волнуйся, на эту вечеринку приглашение не требуется.
Приготовившись к разного рода неожиданностям, приятели на малой скорости, чтобы двигатели мотоциклов издавали поменьше шума, направились к воротам, ведущим в центральные помещения исполинской станции. Осторожно выглянув из-за угла и не заметив ничего опасного, Скайт аккуратно повел мотоцикл дальше. Дерк ехал следом.
Как только они миновали ворота, то оказались в просторном прямоугольном зале, скупо освещенном редкими лампами дневного света под невысоким потолком. Тут вповалку лежало не меньше дюжины роботов-охранников. Их броня от времени покрылась слоем пыли. Никаких механических повреждений ни на одном из роботов не было видно. Они так же, как и встреченные по дороге сюда киборги, были внешне невредимы.
Миновав эту братскую могилу роботов-охранников, Скайт с Дерком проникли в следующее помещение, напоминающее собой огромный бублик с десятиметровыми закругленными потолками. По диаметру помещения в центре были проложены рельсы для вагонеток, вдоль которых стояли стеллажи с бронированными ящиками. Возле вагонеток лежали замершие роботы-погрузчики.
— Наверное, мы нашли сокровища! — возбужденно воскликнул Дерк, увидев ящики.
— Не думаю, — усомнился Скайт. — Дрекслер до нас уже проверил несколько ящиков. — Скайт указал на открытые контейнеры.