Нори проснулась одна. Реальность медленно наваливалась на нее. Словно Атлант лениво перекладывал на ее плечи и спину тяжесть неба. Легкие тут же сдавило, живот свело, а к глазам подкатила вода. Но девушка запретила себе раскисать. Она бодро открыла глаз и дотянулась до телефона, чтобы посмотреть сколько времени, а потом вскочила, так как цифры показывали полдень. Она заметалась по комнате, понимая, что опоздала на работу. Однако быстро сообразила, что, скорее всего, Артур выключил ее будильник, позволяя выспаться.
Запрещая себе думать об Эрике, Нори быстро собралась и поехала на работу. Светлана, разумеется, знала, что Нори задержится, и бодро отрапортовала о звонках и назначенных встречах.
— Я перенесла Нелидова со среды на понедельник. Знаю, ты хотела в пятницу, но он не может, — отчитывалась администратор. — Проверь почту, уже звонили сегодня из консульства, просили не тянуть с ответом.
— Хорошо. Спасибо, Свет, — кивнула Нори, уточняя, словно между прочим: — Артур у себя?
— Нет, он звонил из аэропорта, сказал, что оставил тебе документы на столе. Велел набирать, если что.
— Из какого аэропорта? — округлила глаза Нори.
— Эм… я не знаю. Пулково?
— Как ты не знаешь? А кто должен знать? — взорвалась Нори.
Она пулей пролетела в кабинет, где на столе действительно лежал конверт с бумагами. Игнорируя их, Нори принялась звонить Артуру. Вызов уходил на голосовую почту. Наплевав на гордость, она набрала Эрика. Но длинные гудки сменились короткими. Он ее скинул. Нори упрямо повторила дозвон — то же самое. А потом пришло сообщение.
Я занят. У нас все нормально.
Нори, как загипнотизированная, смотрела на сообщение. Она просидела так около часа. Потом попыталась придумать ответ, но неудачно. Она несколько раз стирала, писала заново, но так и не отправила. Вместо этого снова позвонила. И снова Эрик сбросил. Прислав смс.
Не хочу разговаривать.
— Козел, — взвизгнула Нори, запустив телефоном в дверь, которая внезапно открылась.
Артур среагировал, прикрывшись дверью.
— Сдурела, Нор? — гаркнул он, входя в кабинет. — Прямо в голову ведь летел.
Нори вздрогнула, заморгала, не веря глазам. Она вскочила из-за стола, подлетела к Артуру и обняла его так порывисто и крепко, словно он вернулся с войны.
— Ты — чертов говнюк, Савицкий, — ругалась она, стискивая его все крепче.
— Ты мне тоже нравишься, детка, — крякнул он. — Еще немного, и у меня ребра треснут.
— Переживешь, придурок. Перепугал меня до смерти.
— Когда успел? Только вошел ведь.
— Света сказала, ты в аэропорту. Я думала, что…
— Что я улетаю? Я отвозил Анну. Она наконец свалила, — Артур закатил глаза. — Брось, Нор, я бы тебя не бросил так. Обещаю, что предупрежу, если буду отчаливать.
— Нет.
— Что нет? Не предупреждать? Или не обещать?
— Не уезжай.
Артур выдохнул, расцепил ее руки и ласково погладил по волосам.
— Посмотрим, Нори. Я ничего не решил пока.
Нори открыла было рот, чтобы спросить его о разводе и ребенке, об Анне, которая все же вернулась в Норвегию, но слова застряли у нее в горле. Она вдруг поняла, что не осталось ни капли сил и желания что-то обсуждать, вытягивать из Артура признания, упрашивать его остаться.
Эрик не хотел с ней разговаривать. Ей придется вернуться в пустую квартиру.
Артур не улетел. Он стоял посреди кабинета, небрежно поглаживая ее по руке. Они и так слишком много говорили. Им придется еще много чего обсудить, но не сейчас.
Словно прочитав ее мысли, Артур улыбнулся и проговорил:
— Документы не смотрела еще?
— Нет. Я недавно пришла. Ты отключил будильник?
— Я, — чистосердечно признался Артур. — Ты мне свеженькая нужна. Давай-ка просмотри бумаги. Это не срочно, просто хочу, чтобы ты была в курсе. Потом сразу возвращайся к договору. И перешли мне на почту все, что уже сделала. Надеюсь, ставила пометки на сомнительных местах?
— Конечно, — кивнула Нори, заражаясь его рабочим энтузиазмом.
— Молодец. Жду письмо тогда, и в конце дня зайди ко мне, обсудим тот момент… — он чуть запнулся, но ухмыльнувшись договорил: — который вчера так и не обсудили.
— Ладно.
Нори отправилась за стол, воодушевленная четким планом и задачами. Артур качнулся на пятках и пошел к выходу, но задержался, чтобы спросить:
— Нор, Эрику звонила?