— А где кровь? — вырвалось у меня, и я тут же захлопнула рот рукой.
Ну вот что со мной не так?
Ешь, что принесли, и радуйся тихо, что ошиблась, нет, надо на всю округу раструбить, что я знаю их секрет, каким бы он ни был.
— Какая кровь? — вытаращил он глаза.
Вот не зря я его невзлюбила, ну сделай ты вид, что не слышал, так нет же!
— Что? — лучшая защита — притвориться, что ты не понял.
—Похоже, она твой холодильник нашла, — голос хозяина кабинета прозвучал неожиданно.
— Не находила я ничего, — возразила я поспешно.
— Ты прав, нашла, — сказал доктор и уселся в рядом стоящее кресло.
Я отрицательно покачала головой.
— И что, позволь спросить, ты искала? — Скала снова уставился на меня, с тем самым непроницаемым выражением лица.
— Я есть хотела, — прошептала я, понимая, что моя песенка спета.
— Тогда понятно, почему у тебя желудок урчал, — задумчиво сказал он, будто и не мне. — А что ты в кабинете искала?
— Так я же только что объяснила, — удивилась я.
— Из всей твоей трескотни я разобрал только то, что тебе нужно голову лечить, — сказал он с серьезным выражением лица.
— Это вас здесь нужно лечить,— обиделась я, — если не знали, что похищать людей — это преступление, — не смогла я удержаться, а Скала в ответ на мои слова медленно вытащил из стола пистолет и положил его на стол, отчего я захлебнулась воздухом. Я не могла оторвать от этого куска железа глаза, понимая, что он может прервать мою жизнь в одно мгновение.
После смерти бабушки, сидя у ее надгробия, я часто думала о том, что, умри я сейчас, все закончилось бы и я снова была бы со своей семьей, но вот сейчас почему-то безумно хотелось жить.
— Стас,— голос доктора отвлек меня от мыслей, и я подняла голову, встречаясь взглядом с хозяином кабинета, который, судя по всему, все это время наблюдал за мной.
— Свободен, — сказал он недодоктору таким тоном, что у меня скрутило живот и выступила испарина. — Не заставляй меня повторять.
Я услышала щелчок двери за спиной, и все волоски на моем теле встали дыбом. Неужели вот так закончится моя жизнь? Я ведь и пожить не успела толком, ничего не успела.
— Что ты искала в кабинете? — спросил человек-скала, пронзая меня своим острым взглядом. Будто рентгеном просветил.
— Я испугалась и сюда забежала, клянусь, я только на диване посидела, пока вы не пришли, — заскулила я, мысленно умоляя его мне поверить. — Я не хочу умирать, — прошептала я, не отрывая от него взгляда.
— Тогда ты понимаешь, что должна сделать, — ответил он спокойно.
Но в том-то и дело, что нет, но прежде чем я успела ответить ему.
— У тебя секс был? — Находясь в таком напряжении, я даже не сразу поняла, о чем он. А потом отрицательно покачала головой. — Целочка, значит, — протянул он медленно, и вроде даже его голос немного потеплел. — Досадно, но так даже интереснее.
Что интереснее?
— Иди к себе пока, — сказал Стас, откладывая пистолет в сторону, и в этот момент до меня стало доходить, что сейчас меня не убьют. Глаза наполнились слезами.
— Я не знаю как, — пытаясь проморгаться, — я потерялась.
Он еще с минуту смотрел на меня, а потом кивнул.
— Тоха, — крикнул он громко,— я знаю, что ты за дверью, — сказал он со смешком, и в проеме тут же появился недодоктор с тревогой на лице. — Отведи ее в спальню, — кивнул Стас, — она потерялась, — повторил он мои слова с усмешкой.
Я хотела встать и не смогла. От напряжения у меня ноги отказали. В тот момент, когда я попыталась во второй раз, ко мне на помощь поспешил доктор, но громкий окрик хозяина кабинета его остановил.
— Я передумал, — рявкнул он так, что я непроизвольно сжалась, смотря на доктора, который, в свою очередь, с изумлением на лице уставился на Стаса. — Сам отведу, а ты привези мне золотую птичку Захара, — сказал Стас, поднимаясь.
До этого момента я его не боялась, но от его тона у меня мурашки по спине побежали. Даже мне со скудными мозгами хватило понять, что значит это его «птичка».
Стоит только двери закрыться за недодоктором, как Стас оказывается рядом со мной, и, прежде чем я успеваю предпринять новую попытку встать, меня поднимают на руки.