— Чего ради?
— Становлюсь подозрительным, — Чадов отвернулся от окна. — Возможно это следствие агорафобии.
— Какой фобии?
— Боязнь открытого пространства. Ты по-прежнему мало читаешь. Кто знает, может этой троице вздумается объединиться…
— Ерунда! Они могут что-то подозревать, но до понимания истинного положения дел им далеко.
— По отдельности — да, но если догадаются суммировать все, что знают, у нас могут появиться серьезные противники. Теперь ты понимаешь, почему этим людям нужно как можно быстрее оказаться в моей операционной?
— Чтобы из наших врагов превратиться в соратников! — улыбнулся Микошин.
— Вот теперь я узнаю прежнего Серегу! — Чадов покровительственно похлопал помощника по плечу. — Просто тебя время от времени надо приводить в чувство, малыш! С большим удовольствием поболтал бы еще, но меня ждет много дел. Перед тем, как займусь усовершенствованием охранников, хочу взглянуть на сердце доктора. Его фамилия кажется Лихонин?
— Да. А что в нем интересного?
— Я решил закончить исследования моего духовного наставника. Если ты в не курсе, он впрыскивал в сердца подопытных хлороформ, а затем делал вскрытие и изучал последствия инъекции. Ну, зачем же так бледнеть? Тебе укол хлороформа в сердце не грозит. Пока, по крайней мере.
— Сука! — выдохнул Сергей, когда Чадов вышел. — Какая же, сука!
Чтобы окончательно придти в себя Микошину потребовалась двойная доза кокаина. Спрятав коробку с порошком в карман халата, он спустился в подвал и отпер, хорошо замаскированную под стену дверь. В нос ударила смесь запах зверинца, клетки которого давно не чистили. По обе стороны длинного и узкого помещения шли забранные стальной сеткой Рабитца боксы. Шум шагов Микошина взбудоражил их обитателей. Проволока задрожала от ударов. Существа, жившие в этом мрачном месте, визжали, выли детские голосами и царапали бетонный пол когтистыми лапами.
— Ну, чего разошлись? — спросил Сергей, поочередно отодвигая засовы боксов. — Хотите гулять? Будет вам гуляние!
Этим вечером стеклянная будка охранников была пуста. В углу сиротливо лежали резиновые дубинки, а на столе — разложенная по четырем стопкам колода карт. Людей сменили другие охранники. Они предпочитали не афишировать свое присутствие, избегали освещенных мест. Лишь изредка из кустов доносились шорохи и рычание. Шли часы. На востоке уже начало светлеть свинцово-серое осеннее небо, когда распахнулась дверь подвала. Стоя на пороге, один из охранников осмотрел двор так, словно видел его в первый раз. Взгляд отливающих холодным серебром глаз не упускал ни одной мелочи. Спустя несколько минут появился Герман в сопровождении других охранников. Если и раньше они были похожи друг на друга, то теперь стали выглядеть просто клонами. Одинаковой была униформа, характер движений и крестики пластыря на висках.
Завелся двигатель микроавтобуса, открылись ворота. Впервые в своей истории Алый Автобус выехал на улицу не ночью. Первым с эскадроном смерти доктора Чадова встретился сержант ГАИ Егор Сурвилло, имевший несчастье заступить на дежурство.
15
— Просвети же меня, насчет того, с чего собираешься начинать, — попросил Игорь.
— С ванной! — ответил Виталий. — Я насквозь пропах тюрьмой и моргом.
— В гости пригласишь? Я тоже хочу в ванную.
Пока Виталий отпирал квартиру, Игорь успел осмотреть исписанные стены подъезда, покрытый черными пятнами гари потолок и сопроводить осмотр не слишком лестными комментариями. Друзья вошли в коридор.
— Обычное жилища холостяка, — Светлов замешкался у вешалки, снимая ботинки. — Одинокого человека, которого дома никто не…
— Вот это номер! — неожиданно воскликнул Семенцов. — Ты хотел сказать: никто не ждет?
Виталий обернулся и увидел девушку в джинсах и тонкой белой блузке. Незнакомка смущенно улыбнулась, заученным жестом поправила сбившуюся на лоб прядь каштановых волос.
— Извините за вторжение. Мы постараемся все объяснить.
— Мы? — ахнул Светлов. — Здесь есть кто-то еще?
Девушка кивнула, а за ее спиной показался молодой мужчина спортивного телосложения.
— Виталий, я — Олег Шакиров. Если помните, нас знакомили в ресторане.
— Что-то припоминаю, но знакомство в ресторане, еще не повод…
— Очень мило! — Семенцов прошел в комнату и, усевшись в кресло, закинул ногу за ногу. — Черт, да это же девушка из Алого Автобуса! Как вы нас нашли?
— Постараюсь все объяснить, — Шакиров нахмурился, подыскивая нужные слова. — Видите ли, я убил любовника своей жены…
Рассказ Олега был о трагической развязке стычки с Серегой, был выслушан в полном молчании.
— Я собирался уехать рано утром, а ночь решил переждать в замке, — закончил Олег. — Оттуда видел, все, что произошло во дворе и, по мере своих скромных возможностей, помог девушке выпутаться из этой передряги. Мы пробовали уехать, но как оказалось за Викой началась самая настоящая охота. Идти нам было некуда…
— Так-так, — усмехнулся Игорь. — Значит в нашем полку пламенных борцов с бригадой Микошина прибыло. Что ж, дорогие рекруты, устраивайтесь поудобнее вот за этим столом. Разговор нам предстоит долгий, поэтому попросим хозяина приготовить кофе.
Вика и Виталий вышли на кухню вместе и одновременно потянулись к кофеварке. Их руки соприкоснулись. Длилось это меньше секунды, но обоим показалось, что прошла целая вечность. Девушка густо покраснела, а Виталий смущенно откашлялся.
Вскоре тонкий ручеек коричневой жидкости наполнил кружку до краев и полился на поднос. Вика выпрямила кофеварку.
— Какая же я все-таки неловкая!
— И очень красивая…
— Настало время, как говорит доктор Лихонин, делиться информацией, — объявил Семенцов, когда все расселись за столом. — Кто первый расскажет о своей жизни и удивительных приключениях? Что ж это я спрашиваю? Ведь среди нас дама? Поведайте, прекрасная Виктория, о путях-дорогах, приведших вас в этот, забытый Богом и людьми городок.
Девушка зарделась и, опустив глаза, исподтишка посмотрела на Виталия, будто хотела спросить у него разрешения. Любовь с первого взгляда? Короткое прикосновение к руке Светлова изменило все. Теперь Вика ни капли не сомневалась, что именно он ее рыцарь в сверкающих латах. По этой причине девушке не хотелось говорить, о попойке в студенческом общежитии, сопровождавшей курением анаши, о пробуждении на автобусной остановке, о знакомствах с маньяками Игорем и Германом.
— Я попала в ваш город совершенно случайно, — собравшись с мыслями начала Морозова. — Мы отмечали окончание экзаменационной сессии…
Вторым слово взял Семенцов. Его речь изобиловала многочисленными лирическими отступлениями и оказалась само длинной. Заканчивая, Игорь повторил рассказ Лихонина о Чадове и главном враче концлагеря Аушвиц.
Последним говорил Виталий.
— Сейчас уж и не знаю точно, когда оказался замешанным во все это: то ли попав в аварию, то ли встретив тебя, Игорек.
— Неважно! — Семенцов допил кофе и грохнул чашкой о стол. — Суть в другом. Все мы видели монстров, которых наштамповал Микошин. Никто из нас не сомневается, что именно в его доме проделываются садистские эксперименты над людьми и животными. Нам не требуется убеждать друг друга в существовании чудовищ и это главное. Остается сущая мелочь: решить, как остановить ученика Менгеле.
— А чего тут решать? — Вика вновь взглянула на Виталия. — Расскажем все в милиции. Пусть они и разбираются. Тем более, что ваш Агранов в курсе.
— Согласен! — Светлов посмотрел на наручные часы. — Как раз пришло время звонить доктору. Он обещал доказательства.
— Согласен? — Игорь похлопал друга по плечу. — У меня создалось впечатление, что ты согласишься с Викой, даже если она предложит поехать в Лондон и прыгнуть головой вниз с моста в Сену.
— В Темзу, придурок. Сена в Париже.