- Ты доверял ему как другу, дорогой. Винить себя тебе не за что.
- Ничего, они у меня ещё попляшут, - процедил Дуглас, угрожающе размахивая кулаками. - Я ещё не сдался. Они ещё пожалеют, что связались с Дугласом Холлоуэем. Я вскрою их махинации. По судам мерзавцев затаскаю.
Дуглас даже не подумал, как воспринимает его угрозы Бекки. В одном он был уверен наверняка: уж Бекки его никогда не бросит.
Зак Прист пробился к Джорджине через толпу встречающих.
- Ну как, бумаги раздобыла? - нетерпеливо спросил он, катя тележку с её вещами к выходу.
- Давайте поговорим в машине, - предложила Джорджина. - В присутствии Дугласа.
- Откуда вы знаете, что он здесь? - спросил Зак, не в силах скрыть изумления.
- Зная характер Дугласа, нетрудно догадаться, что он захочет как можно быстрее взглянуть на эти улики, - сказала Джорджина. - А я, если помните, знаю Дугласа уже много лет.
Автомобиль ждал их за автоматическими дверями, и водитель услужливо распахнул перед Джорджиной заднюю дверцу. Зак устроился спереди. Джорджина не преминула заметить, что Дуглас приехал не в лимузине.
Сам Дуглас никогда ещё не выглядел таким старым и изможденным. Плечи ссутулились, под глазами чернели круги. Но сами глаза горели. Он поцеловал Джорджину в щеку.
- Все здесь, - сказала она, вынимая из сумки конверт и вручая ему. Распечатки телефонных переговоров Карсона с одним южно-африканским журналистом, который, по его наущению, собирал компромат на Купера, а также документы, неопровержимо доказывающие, что Купер - мошенник и аферист.
Дуглас просмотрел документы, затем передал их Присту, который внимательно их изучил, после чего повернулся к Джорджине и похлопал её по колену.
- Потрясающе! - воскликнул он. - Сразу по возвращении начну подготовку к массированной атаке. Меня ждет целая армия адвокатов. Но эти распечатки уликами в суде служить не могут. Оригинальная запись у вас есть?
- Да, Зак, и вы её получите, - твердо пообещала Джорджина. - Но сперва я должна переговорить с Дугласом. С глазу на глаз.
Высадив Зака у дверей фирмы "Уайт и Андерсон", крупнейшей в Лондоне адвокатской конторы, специализирующейся на корпоративных исках, Дуглас предложил Джорджине выпить, и велел водителю доставить их в "Клариджез"* (*гостиница высшего класса в районе Мейфэр).
- Лично я предпочла бы более непринужденную обстановку, - с улыбкой сказала Джорджина. - Как насчет "Кристофера" в Ковент-Гардене?
Только вечерело, и толпы, обычно заполонявшие Ковент-Гарден перед спектаклями, ещё не собрались. Джорджина и Дуглас без труда заняли один из лучших столиков, и она заказала бутылку шампанского.
Дуглас впервые со времени встречи в аэропорту получил возможность внимательно её рассмотреть. Выглядела Джорджина, несмотря на долгое и утомительное путешествие, просто восхитительно. Она вся сияла. И волосы, и глаза блестели больше обычного.
- Ты изменилась, Джорджи, - сказал наконец Дуглас. - Что случилось? Надеюсь, ты не беременна?
- Весь вы в этом, - с улыбкой ответила она. - Стоит только женщине выглядеть счастливой, и вы уже считаете, что она беременна.
- Извини, - грустно сказал он.
- А все дело в том, что я просто счастлива. Я влюблена. Мы познакомились в Австралии. - Джорджина умолкла, вспомнив, что Дугласу не очень интересна её болтовня.
- Послушай, Джорджи, я хотел спросить насчет этой пленки...
- Я знаю, она вам нужна.
- Мы оба знаем, что она мне нужна, - поправил Дуглас. - Одного я не понимаю: почему ты её не отдаешь. Как-то это на тебя не похоже.
- Вот именно. На меня было бы больше похоже сразу же с ней расстаться, ничего не прося взамен. Так? Вы ведь к этому привыкли, не правда ли?
- Зачем ты так? - уязвленно переспросил Дуглас. - Мы всегда держались друг за друга. И я всегда тебе помогал, даже когда...
- Не надо, Дуглас! - резко перебила его Джорджина. - И не вздумайте завести свою старую песенку. Я и сама знаю, что по гроб жизни вам обязана вы не позволяли мне забыть об этом ни на миг. Но теперь уже в моих силах спасти вас, так что будем считать, что мы квиты. Однако за спасение своей жизни я платила вам бессчетное число раз, поэтому теперь я ожидаю, что и вы мне заплатите. Причем вперед.
- Боюсь, что я не понимаю. - Дуглас нахмурился.
- Сейчас поймете. - Джорджина потянулась было к бутылке, чтобы снова наполнить бокал шампанским, но официант оказался тут как тут, и опередил её. Дождавшись, пока он отошел, Джорджина пояснила свою мысль: - Я отдам вам запись только при условии, что вы сделаете меня главредом "Дейли Трибьюн". Это все, что мне нужно. Как, договорились?
Дуглас уставился на нее.
- И это все, чего ты хочешь? Я и так собирался назначить тебя главредом "Дейли", до истории с Купером. Ты, должно быть, в курсе, как оскандалилась Шарон с так называемой сестрой Дианы? Репутация Шарон теперь и ломаного гроша не стоит. Я уже принял решение, что ты займешь её место. Но мне помешали известные тебе события.
- Замечательно! - Джорджина достала из сумки конверт. - Тогда вы, конечно, не откажетесь подписать вот это. - Она положила перед ним отпечатанный документ.
- Что это? - недоуменно осведомился Дуглас.
- Контракт, согласно которому вы назначаете меня главным редактором "Дейли Трибьюн" с годовым окладом двести пятьдесят тысяч фунтов стерлингов, плюс доходы от моей части акций, плюс премиальные. Думаю, это не слишком высокая плата за столь блестящего профессионала.
- Джорджина, это ни к чему. Даю тебе честное слово...
- Когда-то, Дуглас, мне этого было достаточно, но сейчас времена изменились. И, что более важно, вы изменились. Как и я. Поставьте свою подпись, и пленка ваша.
По пути домой, в такси, Джорджина достала из сумки подписанный Дугласом контракт и внимательно просмотрела его. Она до сих пор не была уверена, так ли уж жаждет заполучить этот пост. А вот одного ей хотелось наверняка: услышать, как Дуглас предлагает ей занять место Шарон.
И ещё в мозгу настойчиво свербела одна мысль. В ответ на вопрос Дугласа, не беременна ли она, Джорджина, недолго думая, ответила отрицательно. Ведь, встречаясь с Белиндой, ей ни к чему было предохраняться. А вот в Австралии они с Недом вели себя совершенно безрассудно. Никто даже не вспоминал о презервативах. Господи, а вдруг я и вправду забеременела? - ужаснулась Джорджина.