Ночь благоухала; Лексингтон-авеню, несмотря на поздний час, была заполнена людьми. Они все еще праздновали возвращение героя и продолжали веселиться, расхаживая по улицам с флагами и обнимаясь. Лина плотнее запахнула куртку Вилла. Эта вещь вряд ли была ей нужна, но в одежде еще хранились его запах, аромат сена и мыла, так что девушка решила, что не будет ее снимать. Лина быстро зашагала к Центральному вокзалу. Избалованная Элизабет, конечно же, никогда не пошла бы ночью на вокзал и тем более не уехала бы с Виллом неизвестно куда. Испугалась бы за себя и за свою репутацию. Но Лине такой поступок казался возвышенным и единственно возможным. Увидев перед собой здание вокзала, с его величественным фасадом, высокими башенками и овальными окнами, она прибавила шагу. Внутри было практически пусто. Только несколько человек, завернувшись в одеяла, спали на длинных деревянных скамьях. Лина не посмотрела на большие настенные часы, по в пустынном темном зале казалось, что стояла глубокая ночь. Она промчалась через зал ожидания, стуча каблуками по мраморному полу, и подбежала к кассе. Девушке пришлось постучать по стеклу, чтобы разбудить кассира. Когда тот, наконец, услышал, Лина наклонилась к нему, надеясь на чудо. Он наверняка сможет понять ее и помочь, она почти уверена!
– Да, мадам, – пробормотал юноша-кассир, смотря на нее сонными глазами.
– Я хотела бы узнать… – начала Лина и запнулась. Внезапно ей пришло в голову, что она могла показаться сумасшедшей: с безумными глазами, без багажа и в одежде, совершенно не подходившей для путешествия. – Не могли бы вы мне подсказать, – продолжила она, стараясь, чтобы голос звучал более уверенно, – не появлялся ли здесь ночью молодой человек, который собирался поехать на запад? Возможно, в Калифорнию.
– Молодой человек? – медленно повторил кассир и понимающе улыбнулся, – Какой именно?
– Примерно вашего возраста. – У Лины кружилась голова, и она с трудом подбирала слова. – Он путешествует в одиночестве.
– Молодой человек, путешествующий один? А почему вы пытаетесь узнать, где он, так поздно ночью?
– Это не ваше дело, – Лина запахнула куртку и постаралась выглядеть построже. Она пыталась вести себя, как Элизабет в подобной ситуации, и потому нахмурила брови, гордо повела головой и поджала губы, – Так вы поможете мне или будете задавать неподобающие вопросы?
– Я бы с удовольствием вам помог, – протянул кассир, не отрывая от нее глаз. Лина чувствовала, что молодой человек определенно испытывал к ней интерес, однако ее это совсем не радовало, – Но я обслуживаю железные дороги Нью-Йорка, Нью-Хейвена и Хартфорда. Если ваш молодой человек собирался в Калифорнию, он выбрал бы Центральную Нью-Йоркскую ветку.
– О, – ответила Лина растерянно. Должно быть, она выглядела очень грустной и смущенной, потому что кассир приподнялся, вежливо указал ей на другую сторону громадного зала ожидания и мягко произнес: – Спросите в кассе следующего зала, прямо за той аркой.
Лина благодарно кивнула, повернулась и, почти задыхаясь, побежала в указанном направлении.
– Если не сможете его найти, приходите ко мне в гости… – раздалось сзади. Лина повернулась и увидела, как кассир подмигнул ей. Девушка не была уверена, что он с ней флиртует, поскольку была совершенно неопытна в подобных делах, но этот жест вдруг показался ей добрым знаком. Она вымученно улыбнулась и понеслась дальше по мраморному полу.
В другой кассе Лина обнаружила пожилого человека, бодрого и румяного. Он носил бакенбарды, которые, однако, ничуть не маскировали его широкое сияющее лицо.