Анубис остался без оружия. Мне пришлось хорошенько ударить Апопа по зубам, чтобы отогнать змея подальше.
− Всади посох ему в горло! − прокричал Анубис. − Прямо под челюсти! Давай!
− И что это даст?!
− Он выплюнет перо Маат! Перо у него за щекой!
− За щекой?!
Ну и место Апоп нашел для Пера Истины. Я сообразила, что просто не допрыгну до горла Апопа, ростом не вышла. Он как раз сделал стойку, и поднялся над полом на треть своей длины. Его голова качалась под потолком. Апоп готовился к атаке, шипя и роняя ядовитые слюни. Точно не допрыгну.
− Кидай! Кидай посох ему в горло! − нашелся Анубис.
Пантера догадалась, что я собираюсь сейчас сделать. Она вновь добралась до головы Апопа, устроилась у него на макушке, выпустила когти и ударила лапой по глазам змея. Ослепленный, он заорал и запрокинул голову, чтобы стряхнуть надоедливую кошку.
«Я не распугивала стада в имениях бога!»
Я прицелилась и метнула посох, как копье. Да, для таких приемов надо предварительно тренироваться. Посох пролетел мимо Апопа и вонзился между чешуек его спины. Теперь мы оба с Анубисом оказались без оружия. Я потеряла посох − вот растяпа!
Анубис с досадой тряхнул собачьей головой, и бросился в сплетение колец туловища Апопа добывать посох. Самого Апопа в этот момент интересовала только я. Смекнув, что я теперь без оружия, Апоп сделал мощный выпад, боднул меня − и я отлетела к стене, больно стукнувшись о камни. Не будь на мне доспехов, разбилась бы насмерть. Шлем съехал на нос. После второго броска голова Апопа оказалась прямо передо мной. Краем глаза я видела, что Анубис, пыхтя, пытается вытащить посох из спины Апопа.
Медленно, слишком медленно, мой друг… Я без оружия долго не протяну. Вот посох немного подался, еще немного − Анубис тянул его на себя изо всех сил.
Как бы не опоздать… Апоп распахнул надо мной пасть. Он был в метре от моего носа. Я могла пересчитать все его клыки-кинжалы и заглянуть в пылающее нутро. Взъерошенная пантера, которая едва удерживалась на голове змея, предприняла последнюю попытку помешать ему. С диким мяуканьем она съехала ему на нос, и обеими лапами принялась ожесточенно царапать глаза. Апоп заорал от боли. Вскинув голову, змей высоко взлетел надо мной.
Анубис, наконец, извлек посох.
− Держи! − он бросил оружие мне.
Второго шанса не будет.
Итак. Сорок второй − последний − принцип Маат.
«Я! Не чинила! Препятствий богу! В его выходе!»
В прыжке я поймала посох, размахнулась и метнула его в точку под челюстью змея. Есть! На сей раз ключ жизни глубоко вошел в горло Апопа. Из его разверстой пасти вырвалось облако искр и огня. Неведомая сила взорвала Апопа изнутри. Он развалился на множество черепков, как разбитая глиняная миска. Куски осыпались на пол и погребли под собой Анубиса и пантеру. Образовавшаяся груда обломков с шипением расплавилась до состояния лавы, которая широко растеклась по полу и тут же впиталась в розовый гранит − без следа, как вода в сухую губку.
− Но как же? − я растерялась. − Анубис… Пантера…
В Зале Двух Истин установилась подозрительная тишина.
Мои доспехи с легким шипением испарились. Шлем вновь обратился в сокола. Птица сорвалась с моей головы, поднялась ввысь и пропала под потолком.
Я лишилась всего. Зал был пуст. Без малейших следов разрушения. Стены, пол, потолок − целехоньки, точно такие, какими я увидела их в первый раз. Из-под потолка, танцуя в воздухе как падающий лист, к моим ногам неслышно спустилось серебряное перо.
Я осторожно подняла его. Невольно залюбовалась тончайшей работой. Перо было невесомым и живым, хоть и из серебра. Такое простое, ничего лишнего, сорок две ворсинки одна к одной, оно покоилось в моих ладонях всего несколько секунд, а все мои раны затянулись, синяки пропали, в душу вошли покой и мир. Немного грустно, щемит внутри, но это ничего, пройдет.
Анубис, где ты? Ты должен подсказать мне, что делать дальше. Ты привел меня к Истине. Но я боюсь держать ее, такую воздушную, в своих руках. Не разбить бы, не сломать, не уронить. Где ты? Не оставляй меня.
Вдруг по залу волной прокатился шепот, словно сотни людей решили прямо над моим ухом хором посекретничать друг с другом.
− Она вернула Истину… Она вернула Истину… Она принесла нам Перо, − повторяли мужские и женские голоса, перебивая друг друга, сливаясь в единое «шшш».
Казалось, шепчут сами стены и рисунки на них. Или ветер, который легко прошелся по залу, сметая с розового гранита песок, пыль и камушки. Здесь не осталось никаких следов разрушений, будто не было битв и разорения, никто не покушался на покой бессмертного Царства мертвых.