Первое время мне нравилась наша семейная жизнь. Муж не читает мне свою диссертацию (Асик вообще мало говорил). Питается много, но просто, и никогда не критикует еду. Все ближайшие родственники мужа − тоже программисты, поэтому я их не слышу и не вижу. Муж всегда под рукой, при этом он все же работает в пяти конторах, и деньги капают. Он не задает мне лишних вопросов. Он не задает никаких вопросов. Его можно мыть, любить, ругать, пинать, лелеять, валять по полу, делать ему татуировки и брить наголо − все принимает с благодарностью. При одном условии − не отвлекать его от компьютера. Он не храпит, потому что по ночам тоже сидит за компьютером, а укладывается в тот момент, когда у меня глубокая фаза сна. Он… он… Он − идеален!
Шли годы, и однажды я осознала, что из всех частей тела мужа мне лучше всего знакомы его затылок и спина. Из всех вопросов, которые он мне задает, самый популярный «зачем?»
«Давай летом поедем в Испанию?» − «Зачем?»
«У нас годовщина свадьбы. Пойдем в ресторан?» − «Зачем?»
«Кузины купили дачу. В выходные приглашают на новоселье» − «Зачем?»
«Асик, нам с тобой уже за тридцать. Пора родить ребенка». − «Зачем?»
На этом месте я обиделась. В экспериментальных целях я решила пожить у мамы. Асик появился на пороге родительской квартиры через два дня. Подмышкой, разумеется, был компьютер.
Я уехала в Питер, к подруге, адреса которой он не знал. Асик разыскал меня через пять дней, и, не выпуская из рук планшета, вернул домой. Подруга была потрясена. Она говорила, что это любовь, и мне следует сто раз подумать, прежде чем отказываться от такого необыкновенного мужчины. Провожая нас, в аэропорту она от умиления пустила слезу. Я же была уверена, что дома в холодильнике закончилась еда. Или же, укладываясь спать, Асик обнаружил, что под боком не хватает привычной грелки, то есть меня.
«Асик, − сказала я, разглядывая его блондинистый затылок. − Я собираюсь тебя убить».
«Зачем?» − ответил он, даже не повернувшись ко мне.
На этот раз я не пошла на поводу у самолюбия. Я вступила в диалог.
«В нашей жизни больше ничего не происходит, любимый. Надо совершить нечто радикальное, чтобы появилась движуха. Мне не хватает воздуха, пространства, людей, самого мира. Я чувствую себя скованной по рукам и ногам, почти мертвой. Моя жизнь остановилась. Больше ничего не произойдет. Это пугает меня. С тобой или без тебя − но я намерена идти дальше».
«С тобой или без тебя, но я должен закончить этот проект к концу недели, − сказал Асик в экран компьютера. − Если ты хочешь, чтобы я собрал вещи и ушел − не дождешься. У меня нет на это времени. Если ты соберешь вещи и уйдешь − я тебя верну. Ты меня совершенно устраиваешь. Я тебя тоже устраиваю, ты пока не догадываешься об этом. Потерпи пару лет − и ты поймешь, что я прав. У нас чудесная жизнь. Мы идеальная пара. Все хорошо».
Мне показалось, Асик зачитывает текст с экрана компьютера: так равнодушно и монотонно звучал его голос. Допускаю, что Асик составил текст заранее, тщательно отредактировал его, сократил, сделал компактным, довел все фразы до кратких слоганов, чтобы изложить мне свою позицию в максимально упакованном виде, когда на то представится случай.
Я вдруг осознала: это моя жизнь стоит на месте, моя. А у мужа с движухой все в полном порядке.
Он проживает в гуще танковых сражений и нашествий орков, крошит чудовищ, борется за престолы, разгадывает тайны чужих планет, строит империи, переходит на новые уровни, работает над проектами, накачивает программистский авторитет, профессионально растет. Только совершает все эти подвиги в другом мире − в виртуальном. Если я не вижу его насыщенную жизнь, не принимаю в ней участия, совсем не значит, что ее не существует. Будь на то возможность, он переселился бы в виртуальный мир окончательно. Я − его портал в скучную обыденность, без которой пока и к сожалению нельзя обойтись. Асику все равно, что у нас тут вечный день сурка. От рутины он сбежал в свой прекрасный виртуальный мир, нашел заветную калитку в более привлекательное измерение, а меня поставил сторожить вход. Немного разочарованная, лишенная иллюзий, зато практичная, ответственная и с чувством юмора, я отлично подходила на эту должность при его персоне.
Весь вопрос в том, насколько это устраивает меня?
Ровно так же как Асик держал меня в неведении по поводу событий в его мире, я перестала сообщать ему, чем занимаюсь и куда направляюсь в мире своем. Моя жизнь не стала от этого оригинальной или более насыщенной. Я копировала сценарий всех жен, одиноких при живом муже − сблизилась с подругой. С подругой Ирой мы зачастили в театры и кино, освоили искусство неспешных посиделок в кофейнях, сделались завсегдатаями пляжных курортов.