− Вода сладкая, потому что она грязная. Выплюнь. И держись рядом.
− Кровь грешников, − замогильным голосом возвестил Сефу. − Это не вода. Кровь грешников!
Его голова торчала над водой в паре метров от меня.
− Кровь?! Ой, нет! Тьфу, тьфу! — запаниковала я, отплевываясь. Глотать кровь грешников я не подписывалась.
− Не слушайте. Он шутит. Мы в подземном Ниле, − успокоил доктор Гаяз. − Мы вошли в Дуат! Мы это сделали, друзья! Мы совершили то, что не удавалось никому.
Он нервно хихикнул. Никто не разделил его радости. Доктор тянул подбородок и усиленно перебирал в воде руками, будто собрался из нее сбить сметану. Похоже, пловец из него был никакой.
− В воде могут быть змеи. Плывем к яхте, − Вазир Гаяз с удвоенной силой заработал руками.
− Значит, Дуат − это, как говорит доктор Гаяз, концепция? − проворчала я. − Ничего себе концепция. Как только живы остались? По-моему, все очень реально, а не концептуально.
Слабый свет позволял рассмотреть окрестности. Мы находились в широкой темной реке, запертой между каменными стенами. Взобравшись на палубу, мы некоторое время переглядывались и осматривались – нет, мы не потеряли ни людей, ни оружие. Все целы, все здесь, взъерошенные и промокшие, с сумасшедшими глазами, растерянные и потрясенные, но живые.
− Мы перед вратами Дуата, − торжественно возвестил Сефу, вскинув руки над головой. − Слышите? Ваши сердца готовы принять Дуат?
Достал со своим пафосом.
В самом деле, далеко впереди по ходу неспешного течения мрачных вод раздавался отдаленный металлический скрежет, словно невидимый великан стирал и выжимал в подземном Ниле свою кольчугу. Яхта тихим ходом двинулась на этот интригующий звук.
Довольно быстро мы достигли обещанных Сефу врат. Язык присох к горлу. В душе смешались священный ужас и невольный восторг.
Реку перегородили две гигантские сомкнутые створки врат. Они уходили ввысь и терялись под сводами тоннеля, подлинные масштабы которого невозможно было определить. С потолка свисали тонны пыльной паутины. На мой взгляд, ей было несколько тысяч лет, не меньше. Рядом с монументальными вратами наша яхта смотрелась спичечным коробком, а мы ничтожными муравьями.
Ворота были испещрены замысловатыми рисунками. Скудное освещение не позволяло разобрать все детали грандиозного панно. Фрагменты, которые я смогла рассмотреть, были заполнены древнеегипетскими символами и выпуклыми изображениями, с жутковатыми подробностями живописующими процесс бальзамирования и мумификации. Одним из главных героев сценок стал, разумеется, мой Саб − Анубис, руководивший процессом.
Мы были на верном пути. Холод отступил, воздух стал суше. Одежда сохла на удивление быстро. Мы перестали дрожать и стучать зубами. В центре врат створки складывались в гигантское изображение Ра. Мощную мужскую фигуру венчала голова сокола с выпуклым, идеально круглым солнечным диском. По обе стороны от врат на выступах скал качались какие-то длинные и грязные, хитро скрученные веревки.
Вдруг веревки ожили и зашипели. Они выгибались и сворачивались кольцами, расползались по стенам и с невероятным шумом падали в воду.
− Змеи! − ахнула Рахема.
Змеи толщиной в десяток пожарных шлангов подняли головы и распахнули пасти, демонстрируя длинные, как у саблезубого тигра, клыки. Некоторые из змей расправили перепончатые крылья. У других из пасти потянулись струйки едкого дыма.
Мужчины схватились за автоматы, а моя души в очередной раз ухнула в пятки.
− Не бойтесь! Не стрелять! − предостерегающе поднял руку Сефу. − С нами ключ Маат. Змеи нас не видят. Они не тронут нас. Выстрелы привлекут их внимание. Зачем нам это надо?
− Как мы откроем такие здоровенные врата? − спросила я. − Мне надо снова прыгнуть в воду? Даже не думайте, во второй раз не выйдет.
− Испугалась? Прыгать не придется. Освети врата ключом жизни. Подними его повыше. Дай возможность ключу жизни сиять, − раздраженно объяснил Сефу.
− Это как электронный ключ, только действует на большом расстоянии? − предположил Кирилл.
− Электронный ключ. Вот тупые, − фыркнул Сефу. − С кем я связался?
Такой маленький ключик, и такие большие врата. Неужели получится?
Я неуверенно подняла повыше руку, на которой был браслет, обратив анкх к вратам. Браслет мгновенно нагрелся, его тепло дошло до плечей. Собрав волю в кулак, я стоически держала руку над головой. Из ключа жизни в направлении врат ударил яркий луч. Врата внезапно дрогнули, сверху посыпали хлопья пыли и мелкие камешки.
− Направь луч на солнечный диск над головой Ра, − приказал Сефу, и, более не отвлекаясь на инструкции, в крайнем волнении принялся читать заклинания на древнем языке. Все-таки недоверчивый Сефу знал их, хотя еще вчера отрицал это.