— Кеб? Ты в своем уме? Чтобы я никогда больше этого не слышал! — Лорд Лонгмор прижал к вискам пальцы и тяжко вздохнул, подражая матери.
— О, милорд!.. Ваша сестра поедет домой в грязном наемном экипаже?! Поедет одна по улицам Лондона подобно продавщице?! Неужели вам не стыдно? — За спиной Гарри послышался шорох нижних юбок, а затем — сдавленные смешки.
Граф тотчас повернулся, чувствуя, как гулко колотится сердце. Перед ним стояли три молодые женщины — брюнетка, блондинка и рыжая, — с вежливым интересом взиравшие на него. Причем у двух последних были большие веселые глаза — шокирующе синие. Ему также показалось, что одна из сестер тихо вздохнула.
Все они были очень хороши собой — каждая по-своему — и могли бы считаться ослепительными красавицами, однако блондинка… О, она затмевала остальных. Затмевала сразу же — стоило только посмотреть на нее! У нее были вьющиеся волосы цвета бледного золота, огромные, выразительные глаза, сиявшие как два сапфира, чуть вздернутый носик, пухлые чувственные губки и остренький подбородок. А все, что находилось ниже шеи… О, все это выглядело просто восхитительно, несмотря на совершенно безумное одеяние, считавшееся последним криком моды.
— Ах, герцогиня! — воскликнула Клара, поднимаясь и приседая.
— Прошу вас, никаких герцогинь, — запротестовала ее светлость. — Почему бы нам не сделать вид, что мы во Франции? Тогда бы вы могли обращаться ко мне «мадам», как к любой модистке. Ведь я и есть ваша модистка, не так ли?
— Величайшая в мире модистка, — поправила Софи.
— А вы, значит… — начал Лонгмор.
— Вторая величайшая в мире модистка.
— Кто-то должен объяснить вам значение превосходной степени, — со вздохом заметил граф. — Впрочем, понимаю… Английский — не родной ваш язык. То есть не первый.
— У меня два единственно первых языка. Английский и французский.
— Возможно, кто-то должен вам объяснить значение слов «первый» и «единственный», — покачав головой, ответил Лонгмор.
— О да, милорд. Прошу вас, просветите меня, — проговорила Софи, широко распахнув синие глаза, едва ли ни на пол-лица. — Я ничего не понимаю в цифрах. Леони вечно на это жалуется! «Неужели так и не научишься считать?» — твердит она.
— И все же… — пробормотал граф. Он вдруг заметил, что Клара вместе с сестрами Софи уже шла к двери. — Куда это вы? — осведомился он.
— Взглянуть на выкройки платьев. Ты найдешь это занятие чрезвычайно утомительным, — бросила на ходу леди Клара.
— Как сказать… — многозначительно проговорил граф. — Все зависит от…
— От чего?! — выпалила Софи.
— Думаю, от обстановки. — Гарри осмотрелся. — Вижу, здесь не слишком много развлечений.
— Ваш клуб в нескольких шагах отсюда, — напомнила Софи. — Возможно, вам лучше подождать там. Я пошлю за вами, когда леди Клара освободится.
— Ну не знаю… — в задумчивости протянул граф. — Думаю, мне следует находиться здесь. Чтобы излучать успокаивающее воздействие.
— Вы?.. Успокаивающее воздействие?.. — переспросила Софи.
— В любом случае не исключено разграбление банковского счета моего родителя. Так что понадобится холодная мужская голова.
— Гарри, ты же знаешь, что папе безразлично, сколько я трачу на одежду, — вмешалась Клара. — Он любит, когда я хорошо выгляжу. А тебе совершенно все равно, что именно я покупаю. С твоей стороны было очень любезно привезти меня сюда. Но тебе ни к чему приглядывать за мной. Я здесь в полной безопасности.
Лорд Лонгмор молча обвел взглядом сестер. Покосившись на Софи, проговорил:
— Вот и прекрасно. Мужчина способен мыслить яснее, когда не окружен женщинами. К тому же мне нужно алиби.
— Зачем? Собираетесь кого-то убить? — съязвила Софи.
— Пока нет. Вы же не позволили мне убить жениха Клары. Нет, мне нужно алиби для сестры, которая не должна здесь находиться.
— Мама велела ехать к Даудни, — пояснила леди Клара, — но Гарри меня пожалел.
— Я пожалел себя, — возразил граф. — А сестру привез сюда, чтобы не слышать рыданий, жалоб и истерик…
— В таком случае мы должны предоставить вам алиби, — сказала Софи. — Хотя бы из благодарности.
Лонгмор мог бы придумать гораздо более приятные способы выражения благодарности. «Но для начала и этот подойдет», — решил он. И тут же предупредил:
— Только не слишком сложное.
Софи закатила глаза.
— Знаю-знаю, милорд.
— Я ведь человек простой, — добавил граф.
— Ваше алиби такое простое, что даже осел запомнит. Когда леди Клара вернется домой, она скажет, что вы были пьяны, поэтому привезли ее сюда, а не к Даудни.