Шарлотта и Сьюзен беседовали в коридоре с горничной, чье заплаканное лицо ясно говорило — первую бурю пришлось выдерживать ей.
— …не можем дольше тянуть с этим, — услышала миссис Верней обрывок фразы мистера Ричмонда. — Нужно послать за полицией. Вор может до сих пор скрываться где-нибудь неподалеку, его необходимо найти!
Миссис Ричмонд протестующе вскрикнула, и ее подруги принялись, наверняка уже не в первый раз, доказывать, что скандала уже невозможно избежать, и задерживать начало расследования означает помочь преступнику похищать все новые и новые драгоценности.
Эмма решительно согласилась с этим утверждением и направилась готовить успокоительное питье для миссис Ричмонд. Она не сомневалась в том, что комнату уже тщательно обыскали, как и в том, что кольцо не найдется где-нибудь под кроватью или за ножкой кресла.
На лестнице экономка встретила Рэндалла и Квинстона, очевидно, возвращавшихся с прогулки, и поторопилась проскользнуть мимо них раньше, чем Джон начнет вглядываться в ее черты.
Миссис Прост и другие слуги уже знали о том, что случилось, и кое-кто с трепетом представлял себе беседы с полицейскими — прислуга вряд ли могла рассчитывать на любезное отношение, в отличие от представителей светского общества. Подозрения слуг сводились к тем, которые уже пришли в голову Эмме — украшения похитил кто-то из молодых леди, недавно приехавших в Ричмонд-холл. Мисс Гартнер вызывала наибольшее неодобрение, а потому заслужила немало нелестных высказываний еще до появления экономки, и ей пришлось проявить всю твердость, чтобы заставить взволнованных людей вернуться к своим обязанностям.
Суперинтендант Лоуфорд с двумя констеблями прибыл около полудня. К этому времени миссис Ричмонд уже успокоилась настолько, что могла оценить его внешнюю привлекательность и приятные манеры. Высокий, полный мужчина давно преодолел сорокалетний рубеж, но его бодрый, энергичный вид говорил об отменном здоровье, на котором не сказываются ужасные сцены, которых он, вероятно, немало насмотрелся за время службы.
Лоуфорду не раз приходилось иметь дела с представителями высшего света. Он прекрасно знал, как надо вести беседу с томными барышнями или их матушками, растерявшими почти всю красоту и сохранившими былое кокетство, как заставить заносчивых юнцов признаться в карточном проигрыше или краже отцовских фолиантов. И, наконец, как разговорить прислугу, всегда испытывавшую неприязнь к полиции.
Эмму попросили присутствовать при разговоре суперинтенданта с мистером и миссис Ричмонд, хотя она охотно отказалась бы от этой чести.
— Боюсь, я мало чем смогу помочь, — откровенно заявил Лоуфорд после того, как изучил полученный от миссис Верней список гостей и прислуги и внимательно осмотрел шкатулку миссис Ричмонд. — Замок не сломан, даже царапин на лаке не видно, значит, ее открыла опытная рука. Я мог бы провести обыск в доме, но человек, сумевший похитить несколько драгоценностей так, что этого никто не заметил, сумеет спрятать их так, что никто не способен будет отыскать. Возможно, кольцо уже покинуло ваш дом с кем-нибудь из сообщников, но преступник, я не сомневаюсь, все еще находится в Ричмонд-холле.
Хозяйка протестующе вскинула руки и тут же безвольно уронила их на колени. Эмма чуть поморщилась — игра казалась неубедительной.
Мистер Ричмонд обдумал слова Лоуфорда и ответил:
— Отчего же вы не можете помочь изобличить вора? Согласен, что искать кольцо в огромном доме — полная бессмыслица, но среди тех людей, кто проживает здесь сейчас, лишь прислугу наших гостей можно заподозрить в нечистой совести. Уверен, это сделал кто-то из них, скорее всего, кто-нибудь из ловких горничных.
— Значит, вы тоже полагаете, что кражи совершает женщина, — казалось, суперинтендант искренне обрадовался заявлению джентльмена. — Мои помощники опросят дам, которые привезли с собой горничных, чтобы узнать, как давно девушки служат у них и какие рекомендации были ими представлены. Но можете ли вы утверждать, что злоумышленник не находится в числе ваших гостей?
Миссис Ричмонд закатила глаза и обиженно всхлипнула, а ее супругу пришлось ответить именно то, что она ожидала от него услышать.
— Большая часть гостей — наши старые друзья. Лишь с тремя молодыми леди мы не были прежде знакомы, но все они так или иначе связаны с нами или нашими знакомыми.
— Кто эти леди? — оживился внимательно слушавший Лоуфорд и постучал коротким пухлым пальцем по лежащему перед ним списку.