Бессилие. Хотя я безумно хочу двигаться, бежать за сыном, орать на каждом углу и клясться в том, что сделаю всё, только бы вернули мне его, но ничего не могу сделать. Я просто лежу на коленях Клаудии, а она гладит меня по волосам. Минута за минутой страшные картинки появляются в голове, они изводят меня, мотают внутри, разрывают. Мой сын… какой дурой надо быть? Почему меня выбрали для него, а не нормальную девушку? Почему ему досталась такая тупая курица, как я? Разве мой малыш это заслужил? Нет! В этот момент хочется взять на себя всю его боль, которую, возможно, он испытывает сейчас. А я не знаю причин. Не знаю, почему так поступила Марина с нами, и зачем ей мой ребёнок?
Наступает рассвет. Никакой информации. Никаких посетителей. Ничего. Тот же холл, тот же пол и Клаудия. Никого. Дерик не вернулся. Он не пришёл ко мне, чтобы рассказать новости. Он просто ушёл.
Голова словно в тумане. Движения раскоординированные. Сухие щёки. Больше никаких слёз. Только аромат сына в спальне. Меня тошнит. Меня рвёт. Слышу возмущения Клаудии, что так нельзя. А как можно? Улыбаться, играть радость, когда моего ребёнка похитители, и я не знаю, как ему помочь? Это я должна делать? Прыгать до потолка. Я бесполезна. У меня нет ни власти, ни больших денег, ни знакомств. Ничего нет.
Мне никто не нужен. Не хочу поддерживать разговоры с Клаудией и приехавшей Меган о всякой ерунде, сносить сочувственные взгляды сестры. Сейчас мне никто не нужен, кроме моего сына.
Снова наступает ночь. Сижу в кресле и смиренно жду, когда мне сообщат плохие вести. Я к ним не готова и никогда не буду готова, но коплю горе в своём сердце, чтобы мстить в будущем тем, кто это сотворил. Я найду каждого. Марина не могла сама это сделать. У неё были сообщники. Причин не было, а вот сообщники были. На пустом месте не приходит решение украсть ребёнка. И даже не деньги здесь на первом месте. Нет, о-о-о, нет. Здесь всё куда прозаичней. Власть. Чёртова королевская власть, которая задушила и меня, и сына.
Дверь в спальню открывается, и я поднимаю голову. Дерик. Он входит и останавливается, моментально находя меня своими чёрными глазами. Холодными. Бесстрастными.
– Границы закрыты. Информации никакой нет. По камерам видно, что Марина вышла из замка и села в заранее арендованную машину. Мы получили сведения, что автомобиль был заказан три недели назад и аренда была оплачена на два месяца вперёд с её счетов. Она не пользовалась автомобилем до нужного момента. Из страны не выезжала, по крайней мере, на этой машине, потому что её нашли недалеко от границы. Она, вероятно, пересела в другой автомобиль. При выезде из страны каждого туриста или альорца проверяют, как и отмечают в базе данных, въехавших и выехавших, как это было и с тобой, – он замолкает, и я жду следующих слов. Это не всё. Вода, одна вода. Мне нужны факты. Это дерьмо пусть оставит себе и своей охране, которая ни на что не годна, как оказалось.
– Среди тех, кто выехал в тот временной промежуток, как и до этого момента, не было Марины, даже с фальшивыми документами, как и кого-то, похожего на Нандо. Единственные люди, имеющие преимущество, как и их машины – те, кто служит здесь. Министры. Они имеют право не останавливаться, и для них есть свой пропускной пункт. За всё время выехало четыре машины. Среди них была машина Ван Досса, который покинул страну за полчаса до закрытия границ. Из-за тонированных стёкол не заметили, кто был в салоне. Помимо этого, некоторые министры тоже находятся за пределами страны, и их уже нашли, допросили и вернули обратно. Ван Досса тоже. Никто не признаёт свою вину. Есть два варианта: или Марина ещё здесь, или же кто-то врёт. Они все в данный момент находятся под наблюдением, и если она свяжется с кем-то из них, то я узнаю об этом. Пока этого не произошло.
Горько усмехаюсь и качаю головой.
– Это всё, что у меня есть на эту минуту. Франция помогает нам. Постоянно транслируется моё видеообращение о пропаже Нандо и его няни. Я предлагаю в награду за информацию приличные деньги. Марина совершит ошибку, и тогда я её возьму.
– Это весь твой план? Продолжать сидеть ровно на заднице и ни хрена не делать? Ждать блёсток, падающих с неба? – зло шиплю, поднимаясь из кресла.
– А что ты предлагаешь? Носиться по Альоре и искать его?
– Да хоть так! Стучаться во все двери и показывать фото! Расспрашивать людей! Она не могла передвигаться незамеченной, вообще, никем, даже если ей помогали! – выкрикиваю я.