Дальше мне показывают, как необходимо мыть ребёнка, протирать его, мазать кремами и рассказывают, чем обрабатывать пупок. Длительное пребывание на ногах в моём состоянии выбивает из колеи. Я, едва передвигая ногами, дохожу до постели, когда Дерик берёт на руки ребёнка, а врач оставляет нас.
– Ты обсуждала с Клаудией наём няни? – тихо спрашивает Дерик.
– Да. Мне она не нужна. Немного отдохну, и всё будет в порядке. За ним не так и сложно ухаживать, – фыркаю я. Никакой няни. Я сама.
– Джина, тебе будет сложно одной…
– Не начинай, я справлюсь. Я же его родила, так почему, думаешь, не найду силы на него?
Дерик поджимает губы и тяжело вздыхает.
– Нужно дать ему имя. Нельзя его всегда называть только ребёнком. Имя. Какое-то имя, – шепчет он.
– Фернандо, – говорю я.
Дерик поднимает на меня взгляд.
– Фернандо?
– Да, я выбрала его. Оно соответствует королевской традиции Альоры. И сокращённо я буду звать его Нандо, – поясняю, пожимая плечами.
– И ты выбрала его без обсуждения со мной?
– Прости, не хотела тебя отвлекать тебя от дел. Ты поругаться хочешь из-за имени? – спрашивая, зло прищуриваюсь.
– Нет. Я удивлён, что ты вспомнила о традиции и приняла её. Ты говорила, что не хочешь, чтобы он шёл по моим стопам, и я думал, выберешь что-то американское, отличное от наших.
– Ты всегда думаешь обо мне так плохо?
– Джина…
– Дерик, я не забыла. Это твой сын. Я, как и говорила, сделаю всё, чтобы вы были ближе друг к другу. А также не могу отрицать того факта, что он может выбрать Альору и твою жизнь. Но решит он это, когда достигнет совершеннолетия. Лишать его этой возможности я не хочу и не буду. Он часть тебя, поэтому его будут звать Фернандо, – решительно произношу.
– Хорошо. Фернандо Альорский. Будущий кронпринц Альоры, в данный момент он просто принц, – произносит Дерик и улыбается мне. Ладно, с этим разобрались. Уже продвинулись на километр. Меня радует, что Дерик не возмущался по поводу моего выбора, а принял его. Большего дать я им не могу. Также прослежу, чтобы никто не смел давить на моего сына в выборе будущего. Он будет свободен от трона, если захочет.
Подавляю зевок.
– Ты была очень храброй, Джина.
Смотрю на Дерика, сидящего с сыном на руках в кресле.
– Это всего лишь роды.
– Нет, я читал, что женщины в этот период орут, как сумасшедшие. Я тоже слышал крик, но это была Инга, а не ты. Ты же сохраняла спокойствие и даже не пикнула.
– Я тоже о таком читала, поэтому старалась не растрачивать энергию по пустякам. Мне нужно было родить Нандо, – устало улыбаюсь я.
– Ты проделала отличную работу. Как мне сказали – ты рождена, чтобы дарить этому миру маленьких парней.
– Даже не думай. Никогда больше. Одного раза мне вполне хватило.
Дерик смеётся и возвращает своё внимание сыну.
– Кто знает, правда, Фернандо? Чем чёрт не шутит?
– Дерик, – возмущённо шепчу я.
Он бросает на меня весёлый взгляд и смеётся.
– Спасибо, Джина, за этот подарок. Я ни о чём не жалею и обещаю, что вы будете защищены здесь. Никто вас не тронет.
– Я знаю. Я тебе верю. А сейчас… ты побудешь с ним? Я немного посплю?
– Конечно. Я задержусь до утра. Отдохни.
Закрываю глаза и последнее, что вижу – двух самых важных мужчин в своей жизни, находящихся сейчас рядом со мной. Наверное, я тоже ни о чём не жалею.
Дерик, как и сказал, пробыл с нами до раннего утра. В три ночи Нандо был уже голоден, и я выдержала очередной пристальный взгляд на моей груди и сосках. Во второй раз, пробудившись от крика Нандо, я уже не увидела Дерика, а только ювелирную коробку приличного размера с запиской.
«Это фамильное ожерелье. Оно принадлежало моей матери. Теперь оно твоё. Ты мать моего сына, наследника Альоры».
Качнув головой на такие сухие и официальные слова, доставшиеся мне, я даже не стала открывать подарок. Как, в принципе, и тот, что Дерик привёз на четырнадцатое февраля. Мне никогда не будут важны эти бездушные камни настолько же, насколько близость Дерика. Только вот их мне постоянно суют, словно они заменят пустоту в сердце.