– Благодарю. Я тоже очень рада встретиться с тобой в неформальной обстановке. Надеюсь, что Альора тебе нравится, – сухо киваю.
– Очень. Я бы здесь жила всё время…
– У тебя есть шанс, дорогая. – Дерик улыбается ей. Чёрт, мне противно. Ненавижу его… Боже, как я его ненавижу.
– Я ещё обдумываю этот вариант. Не хочу торопиться. Но определённо я влюблена в эту страну, и не только…
Можно меня пристрелить? Вот я не против снова поймать пулю.
Я не могу… мне плохо. Меня раздирает изнутри от ревности, от боли, от чёртовых эмоций и нежелания отдать его ей. Он любит её. Очень любит. По взгляду видно.
– Приношу свои извинения, что прерываю ваше облизывание друг друга взглядами, но я тороплюсь. Мне нужно кормить сына. Вы, Ваше Высочество, или идёте сейчас, или после сами приезжайте в мой дом, чтобы с ним встретиться. К сожалению, я сделала для Вас всё что могла. – Резко разворачиваюсь и направляюсь в другое крыло.
Дерик догоняет меня и, хватая за локоть, грубо разворачивает лицом к себе.
– Только попробуй ещё раз так ворваться в мой кабинет, я лишу тебя права, вообще, здесь находиться, – рычит он. Не узнаю его. Больше не узнаю.
– Не волнуйся, с этих пор я не буду входить в твоё положение и проявлять понимание. С этой минуты ты сам решаешь – нужен тебе сын или нет. А с меня хватит. Козёл, – так же грубо отвечая, вырываю свою руку из его и быстро иду по коридору.
– Ты не смеешь…
– Да пошёл ты в задницу, мудак! Я терпеть тебя не могу! Ненавижу тебя всей душой, понял? Это ты не смеешь так поступать со мной! Я не желаю тебе добра, ясно? Ты никто для меня! Я терпела тебя и твои выходки только из-за сына! – выкрикивая, несусь к спальне. Он за мной.
– Я не собираюсь с тобой ругаться, Реджина. Твои гормоны задолбали всех…
Сжимаю кулаки от ярости и врываюсь в комнату. Мои руки трясутся от адреналина. Меня рвёт на части от боли.
– Вот твой сын. Вот бутылочка с молоком. Развлекайся, – достаю всё и бросаю на кровать.
– Ты не оставишь меня с ним наедине, – шипит Дерик.
– С чего бы это? Это твой сын, повторяю. Я не сплю ночами. В одиночестве переживаю его колики. Только я волнуюсь за него. Теперь твоя очередь сделать хотя бы что-то, – цежу я.
– У тебя есть няня. Не прибедняйся. Все вокруг тебя пляшут, как придурки, а тебе всё мало? Запрещаешь мне видеть сына, и вдруг прискакала, чтобы показать, какая ты хорошая мать? Конечно, удобно быть хорошей, когда тебя содержат, правда? Удобно быть всепонимающей, когда каждый на твоей стороне, и ты ноешь им, какой я гад? Это ты, змея, настроила их против меня. Ты забрала у меня сына. И я лишу тебя всех прав, поняла меня? Я заберу у тебя ребёнка, и мы будем жить с ним семьёй вместе с Жанной, которой я сделал предложение. Она будет его матерью, не ты…
Изо всех сил, от той боли, которую сейчас мне причинил Дерик, размахиваюсь и смачно ударяю его по щеке. Ладонь словно пронзает острыми шипами, но рука болит не так сильно, как сердце. Из-за его крика Нандо просыпается.
– Ты сделал всё, чтобы я тебя возненавидела. Не нужен такой отец моему сыну. Ты ему не нужен. Ты не нужен мне. Только рискни забрать моего ребёнка, которому я отдала всю себя, и я тебя убью. Это угроза, Фредерик. Предупреждаю тебя – не приближайся к моему сыну, иначе я уничтожу тебя и твою шлюху, если хоть кто-то посмеет отнять у меня мой чёртов смысл жизни, – произношу, и мой голос, благодаря достоинству, которое ещё осталось внутри, не дрожит. Он холоден. Он мёртв. Как, наверное, и все мои чувства.
Хватаю сумку и бросаю в неё бутылочку. Сын орёт, и я перекладываю его в автокресло.
– Ты никуда не пойдёшь. Ты останешься здесь!
Дерик перекрывает мне путь. Но мне всё равно.
– Я не подчиняюсь твоим приказам. Ты больше мне никто. Ты потерял всё, Фредерик. Буквально всё. Надеюсь, то, на что ты променял нас, стоило того. Я презираю тебя. Ты такой же, как и мой отец. Ты ничем не лучше, и я не буду погибать от боли из-за любви к тебе. Я нужна своему сыну, а ты нет. Мы жили без тебя и проживём. И свои деньги засунь в глотку и отравись ими. – Обхожу его, но он перехватывает ручку от люльки.
– Отпусти.
– Успокойся, Джина. Ты сына напугаешь.
– Вспомнил, что у тебя сын есть? Иди ты на хрен. Он тебе не сын. Ты просто донор. И это именно ты орёшь и пугаешь его.
– Джина, не вынуждай меня причинять тебе боль.