Глава 3. Смертельная боль
Goodbye, Brother - Ramin Djawadi
- Нам не хватило времени друг на друга, и это моя ошибка.
- Нет, ты что, прекрати винить себя! В этом никто не виноват!
- Мне сразу было мало тебя, и как жаль, что я не начал с вечности.
Он обхватил мое лицо ладонями, и я смотрела в его глаза, такие холодные, такие безнадёжные.
Плутон знал, что это его последняя ночь. Он знал, но продолжал улыбаться.
Он держал меня за руку, ни на миг не отпуская её.
Я не знала, как ему помочь.
Это была смертельная боль.
Она окутала нас, злорадно смеясь за нашими спинами.
Она сломала нас, сломала наше будущее.
Она убила нас. Его, меня.
Убила наши надежды, наши мечты.
- Идём со мной. Я покажу тебе кое-что.
Плутон повел меня в конец зала, который никем не использовался за ненадобностью.
- Куда ты меня ведёшь?
- Закрой глаза.
Я опустила веки, смотря из-под ресниц.
- Играй по правилам!
Я закрыла глаза, вздохнув.
Мы прошли ещё немного и Плутон остановился.
- Смотри.
Я открыла глаза и поморгала, привыкая к темноте.
В самом углу стояла большая ширма, кое-где порвавшаяся.
- Что там?
Он улыбнулся, но уже по-другому.
По-настоящему.
- Идём.
Мы зашли за ширму, и я увидела огромную кучу кусков одежды, сваленной в аккуратный прямоугольник.
- Что это такое?
- Это наша с тобой кровать, - мужчина сел на эту кучу, поманив меня рукой.
- Кровать? Но зачем? Откуда она вообще здесь?
- Это кровать для нас с тобой. Для нашей последней ночи. Брачной ночи.
- Брачной?! Ты в своем уме? Мы с тобой даже не женаты!
Плутон тихо рассмеялся, опустив голову.
- Это все, что тебя волнует?
- Нет, но...
- Клянусь быть с тобой в радости и печали, болезни и здравии, в богатстве и бедности, любить тебя и оберегать наш союз до конца жизни. Готова ли ты, Мария, взять в мужья Плутона?
- Плутон, я...
- Готова ли ты, Мария, оберегать наш союз до конца жизни?
- Я... готова.
- И я, Плутон, готов взять в жены тебя, Мария.
Он поднялся, в один шаг оказался рядом со мной и поцеловал.
Сначала нежно, будто бы пробуя, затем все жарче, сильнее, проникновеннее.
Я зарылась руками в его волосы, отвечая на поцелуй.
Когда воздуха стало не хватать, он оторвался, взглянул на меня и произнёс:
- До конца жизни.
Плутон подхватил меня на руки и, целуя каждую часть моих лица и шеи, аккуратно положил на кровать.
- Готова ли ты, Мария, быть верной мне женой?
- Да...
- Готова ли принять меня?
- Да.
- Готова ли любить меня?
- Да.
Он снял с себя тунику, наклонился и сорвал пуговицы на моей.
Плутон целовал меня везде. Губы, ключицы, грудь, живот, бёдра.
Я сняла с него штаны. Он снял мои.
Боги, как я сдерживала себя, чтобы не закричать, когда он вошёл в меня. Плутон поглощал мои крики, мяв губы в поцелуе.
Одним своим взглядом он доводил меня до исступления, а когда начал двигаться, я готова была умереть.
Я металась так, будто в меня вселился демон, мои волосы стали ему мешать, разметавшись буквально повсюду.
В какой-то миг кто-то как будто запустил фейерверк.
Оглушительный звон в ушах был тому свидетельством.
Плутон не выдержал и застонал, тяжело дыша.
- Клянусь быть с тобой в радости и печали, болезни и здравии, в богатстве и бедности, любить тебя и оберегать наш союз до конца жизни. Готов ли ты, Плутон, взять в жены Марию?
- Да.
***
За одну ночь мы стали ближе друг другу, чем когда-либо.
Мы стали одним целым, не было больше "Я" и "Он".
Теперь были только "Мы".
И тем больнее было терять друг друга.
Тем больнее было осознавать, что придется расстаться тогда, когда мы только обрели друг друга.
Сегодня тоже ничего.
Плутон спустился с "подиума" с улыбкой, которую нацепил ещё с утра.
Как бы он ни старался показать, что все хорошо, в его глазах читалось: "Это конец".
- Ну что, и сегодня не повезло? Тебе конец, не надейся на спасение, ты сдохнешь! - выплюнул управляющий Плутону.
- Заткнись, Хэрст.
Его напарник хмуро глянул на меня и опустил глаза.
Мое сердце замирало каждый раз, когда открывались двери.
Нет, это принесли ужин.
Нет, это пришли с "показа".
Нет, это вошёл управляющий для переклички.