Однако собравшимся вокруг него юным сыновьям браминов его доводы не показались убедительными! Рама терпеливо продолжал угова ривать их: “Ваши престарелые родители нуждаются в вас, им необходимо ваше преданное служение; недопустимо оставлять их одних безо всякой помощи.” Но юноши отвечали ему: “Наши старые родители настолько удручены и ослаблены горем, что не могли бежать вдогонку за тобой до самого леса; они шли, пока им хватало сил, а потом повернули назад, излив потоками слез свои душевные муки. Но они наказали нам следовать за тобою и оставаться рядом с тобой; это они послали нас к тебе, говоря: “Мы слишком немощны, а вы молоды и сильны. Ступайте, служите Раме от нашего имени!” Эти старые люди вдвойне несчастны, они страдают оттого, что ты покинул Айодхью и что нас больше нет рядом. Но они обрадуются, узнав, что их сыновья ушли вместе с Рамой, что сыновьям выпало счастье, которого сами они лишены. Хотя бы по этой причине ты должен взять нас с собой и осчастливить наших старых родителей.” С мольбами и рыданиями они упали к ногам Рамы.
Рама был потрясен столь искренним изъявлением любви и поклонения. Его охватил блаженный трепет при соприкосновении с этим духом полного самоотречения, исходившим от юношей, возможно, более глубоким и благородным, чем его собственное отречение от трона. К его радости примешивалась гордость за своих подданных, сумевших превзойти его в благочестивой преданности родителям. Пока длились все споры, мольбы и страстные признания, землю окутал вечерний сумрак. Рама предложил людям совершить вечерние омовения и отдохнуть, чтобы не возвращаться назад впотьмах.
Желая подбодрить их собственным примером, он искупался в реке Тамасе, близ которой лежал их путь, отведал кореньев и фруктов и прилег на землю, закрыв глаза. Народ, весь день следовавший за ним по пятам, был настолько изнурен и обессилен, что после легкой трапезы все до единого погрузились в глубокий сон.
Рама знал, что когда они проснутся, то возобновят свои уговоры и мольбы; поэтому он разбудил Сумантру и велел ему запрягать лошадей и немедленно трогаться в путь, не производя при этом ни малейшего шороха, и вести колесницу так, чтобы невозможно было распознать, куда ведет ее след. Сумантра понял, что другого выхода нет; он правил колесницей, искусно запутывая следы. Ему даже удалось создать некое впечатление, будто он развернул коней назад, чтобы доставить Раму в Айодхью. Он виртуозно справился с заданием Рамы, после чего колесница бесшумно умчалась по направлению к лесу.
Наступил рассвет нового дня. Открыв глаза, жители Айодхьи осмотрелись кругом и увидели, что царская колесница исчезла; ее не было и в помине! Они не увидели ни Раму, ни Ситу, ни Лакшману! Их пронзил мучительный ужас, они разбудили всех спящих и бросились искать отпечатки колес, оставленные на земле. В панике разбежались они в разные стороны, пытаясь проследить путь колесницы. Один из них сказал: “Братья! Рама увидел, как мы измучены, и что мы мгновенно уснули, истощив все свои силы; поэтому он и уехал один и не взял нас с собою.” Они принялись упрекать друг друга, что позволили себе выказать признаки утомления, чем побудили Раму покинуть их. Другие занимались самоуничижением, низводя себя до жалкого уровня, недостойного даже глупой рыбы. “Рыба, выброшенная на берег, погибает, а мы все еще живы, хотя Рама, дыханье нашей жизни, ушел от нас.” Они рвали на себе волосы, проклинали самих себя и горестно вопрошали:
“Мы сами навлекли на себя разлуку с самым дорогим для нас Существом. Что нам остается, как не призвать к себе Смерть, чтобы она покончила со страданиями?” Но вскоре они осознали, что поскольку их истинное “Я”, их Атма - это Рама, то насильственное саморазрушение, или Атма-Хатья, для них немыслимо. Это греховный акт, не достойный ни похвалы, ни награды. Самоубийство оправдано лишь в том случае, когда самой судьбой тебе предназначено погибнуть от собственной руки! Ухватившись за эту мысль, люди призывали других к истовой молитве, чтобы судьба даровала им возможность такого конца.
Одолеваемые противоречиями и сомнениями, они затеяли жаркий спор. Им не терпелось решить поскорее, каковы должны быть их дальнейшие действия. В разгаре дискуссии кто-то сообщил, что наконец найдены четкие следы, оставленные колесами. От этой новости люди воспряли духом, ибо следы указывали на то, что колесница проследовала в Айодхью! Народ толпой устремился назад по дороге, но следы вскоре затерялись и полностью скрылись из виду. Их будто бы стерли с дороги! Теперь понять, что случилось на самом деле, было невозможно. В умах людей царила путаница и неразбериха, и, разочарованные, они вернулись в столицу.